А Морана стояла на месте, безмолвная, потрясенная, и просто глядела в стену.

В стену особняка, принадлежащего ее отцу. В стену того самого дома, в котором жил ее отец. В стену самого сердца его территории.

И Морана позволила, чтобы Тристан Кейн заставил ее кончить, как фейерверк, прямо возле этой стены, пока территорию патрулировала охрана, а сам при этом полностью держал себя в руках.

Черт.

Черт.

Что с ней не так? Что с ним не так?

Случившееся в ресторане повторилось снова, только на этот раз в более извращенной форме. Нет, это был не полноценный секс, и да, это был самый настоящий торопливый петтинг. Но все же.

Но что хуже всего? Она не чувствовала ни капли раскаяния.

Тристан Кейн схватил ее за руку и повернул кругом, заставляя посмотреть ему в глаза, которые все еще пылали жаждой животного, почуявшего запах крови. В них таился голод такой силы, что ее все еще разгоряченное тело снова стало готово под натиском жидкой лавы. И все от одного его взгляда.

Он наклонился вперед, овевая дыханием ее щеку, окутывая своим запахом, и приблизился губами к уху.

– В следующий раз я выясню, как громко ты умеешь кричать, мисс Виталио. У тебя все будет болеть так сильно, что ты не поймешь, от крика это или от жесткого секса.

Этому мужчине нужно приструнить свой грязный, пошлый рот.

Морана закатила глаза, хотя сердце пустилось вскачь, а его слова проникли в воспламенившееся тело.

– Ты себя переоцениваешь.

– Скажи это, когда я не буду чувствовать твой запах на своих пальцах.

Она тоже его чувствовала. А потому, что это возбудило ее, хотя и не должно было (вопреки всему), Морана поджала губы. Напоминание о том, как хорошо он владел собой и как плохо это давалось ей, стало для нее пощечиной, способной привести в чувство.

Морана выпрямила спину, закинула рюкзак на плечо и окинула его ледяным взглядом.

– Мы можем уйти?

Тристан Кейн слегка прищурился от такого тона и задумчиво смотрел на нее долгое мгновение, сжимая пальцами ее руку, а потом кивнул. Развернувшись, он потащил Морану к деревьям. Несколько минут они шли в тишине, и она погрузилась в размышления.

Они уже почти дошли до ограждения территории, когда телефон внезапно завибрировал у нее в кармане от входящего сообщения.

Не удостоив его вниманием, Морана сосредоточилась на том, чтобы добраться до отверстия, через которое они пробрались, и увидела, что возле него их ждал охранник. Морана прокралась к дыре в заборе, вылезла через нее и пошла к припаркованному мотоциклу, не желая даже думать о том, что только что случилось за этой стеной.

Она сосредоточилась на запахе земли, на свете луны, окутывавшем дом ужасов белым свечением, наблюдая, как Тристан Кейн тихо переговаривается с охранником.