– Погоди минуту, – тихо сказал он в трубку серьезным голосом, сохранившим легкий акцент, и, подняв брови, посмотрел на дочь.

– Мне нужно с тобой поговорить, – уклончиво заявила Морана, стоя у входа в роскошный кабинет, а в ее голове закрутились шестеренки.

Отец кивнул.

– После ужина. Мы сегодня ужинаем в «Кримзоне». В половине восьмого. Рассчитываю тебя там увидеть.

И снова вернулся к разговору.

Сбитая с толку подслушанным разговором, Морана ушла, закрыла за собой дверь и посмотрела время на телефоне. Было уже шесть.

Она вздохнула и пошла к лестнице, что вела к ее апартаментам, стараясь выровнять дыхание. Она все выяснит.

* * *

«Кримзон», один из самых дорогих, самых красивых и элитарных ресторанов в Шэдоу-Порте, располагался прямо в центре города. А еще сюда частенько захаживали мафиозные семьи. Будучи одним из любимых заведений ее отца, ресторан этот каждой своей стеной источал элегантность и чувство стиля, а его интерьер был выполнен в различных оттенках красного с приглушенным желтым светом, который создавал интимную атмосферу.

Морана его ненавидела.

Ненавидела всецело: атмосферу, клиентов, все. Можно было подумать, что люди, в жизни которых так много красного цвета, будут его сторониться. Но нет, они словно купались в нем.

Она ненавидела это. Ненавидела, как мужчины, с которыми отец вел дела, порой рассматривали ее с головы до ног, как манекена на витрине. Ненавидела, что от нее только и ожидали, что она будет молчать и хорошо выглядеть, не высказывая своего мнения, при том что коэффициент IQ у Мораны был выше, чем у всех собравшихся за столом. А еще ее выводило из себя, что отец оставался к этому абсолютно равнодушным.

Во всем этом было лишь одно спасение. Она не улыбалась, когда не хотела, и, к счастью, отец никогда не заставлял ее это делать. В основном Морана просто сидела и с хмурым видом слушала разговоры мужчин. Иногда играла в телефоне. В иной раз просто смотрела в окно, наблюдая за смеющимися парочками, которые проходили мимо, держась за руки, за счастливыми семьями, которых мало что интересовало, кроме друг друга.

И хотя их сотрапезники прежде уже подмечали поведение Мораны, отец никогда не обращал на это внимания. Такова была простая негласная договоренность между ними. Она приезжала в указанный ресторан на своей машине, молча сидела и ела, играла роль послушной дочери и уезжала опять же на своей машине. За все двадцать четыре года ее жизни это соглашение ни разу не менялось.

Сидя за привычным столом на шесть персон, Морана закрыла глаза и прислушалась к грохоту туч и бормотанию толпы. Небеса весь день грозились пролиться ливнем, но с полудня так и не переступили порог. Однако холодный ветер за окном будто звал Морану. А она застряла в помещении с охлажденным кондиционером воздухом, от которого по ее голым рукам побежали мурашки.