– Твоя независимость – иллюзия, которую я позволил тебе питать, Морана, – произнес отец леденящим душу голосом. – Я выясню, кто он. И прикажу его убить.

Впервые за все время разговора Морана ощутила каплю изумления. Она ненавидела Тристана Кейна, но отчего-то перспектива его встречи с ее отцом казалась Моране не самой благополучной именно для отца. И она должна бы почувствовать себя виноватой за то, что была не на стороне родной плоти и крови. Но она ощущала один лишь холод.

– Удачи, отец, – сказала Морана и повесила трубку. Положила телефон на стол и обмякла всем телом, едва сделав вдох.

Она почувствовала его присутствие за спиной и обернулась.

Тристан Кейн стоял в свободных спортивных штанах и черной футболке и задумчиво смотрел на нее.

Морана ощутила, как волосы встают дыбом.

Она подняла брови.

– Что?

Он помолчал, а потом устремился к внушительному холодильнику.

– Значит, отец подсовывает тебя своим друзьям и пытается посадить на цепь, – заметил он с явным отвращением в голосе. – Вот так человек.

Морана стиснула зубы.

– Кто бы говорил. Забыл, сколько раз ты пытался меня контролировать, мистер Кейн? Могу напомнить, если хочешь, – предложила она нарочито вежливым тоном.

Он замер по пути к холодильнику.

– Я совсем не похож на твоего отца, мисс Виталио.

– Вообще-то, это неправда, – заметила Морана. – Вы оба пытаетесь меня контролировать и грозитесь убить. В чем же разница?

– Ты не захочешь этого знать.

Морана склонила голову и прищурилась. За его пылким заявлением явно скрывалось что-то еще. Она попыталась понять, но, к ее большому разочарованию, ей это не удалось.

– Но мне кажется, что хочу.

Тристан Кейн вновь отвернулся к холодильнику, и отчего-то у Мораны возникло ощущение, что он прикусил язык, чтобы сдержаться от ответа.

Ладно.

– Так кто подсыпал мне наркотики в «Цианиде»? – спросила она, намереваясь добиться от него ответов.

– Один из барменов. – Он достал замороженную курицу с овощами из морозилки и поставил ее на стол.

Морану снова охватило удивление от того, с какой легкостью он двигался по кухне, в точности как если бы уклонялся от пуль на поле боя.

Он взял разделочную доску и нож.

Он готовит.

Тристан «Хищник» Кейн готовит. Неужели чудеса никогда не закончатся?

Не обращая внимания на странное чувство в груди, она сосредоточилась на своих вопросах.

– И зачем он это сделал?

Нож замер над куском курицы, зависнув в воздухе, когда Тристан Кейн поднял на нее взгляд. Его челюсти напряглись, в глазах вспыхнула знакомая ненависть, которую Морана видела уже много раз, пока он не успел ее обуздать. Сегодня он по какой-то причине сдерживал ее.