- Войдите.

Следователь толкнул дверь, бесшумно отворившуюся внутрь, и зашёл в полумрак квартиры. В темном коридоре была открыта только одна дверь, откуда пробивалось немного света. Стараясь не скрипеть старым паркетом, Трегубов прошел вперед. Он остановился на пороге. Это был большой кабинет с несколькими книжными шкафами и письменным столом. Шторы двух окон были опущены. Свет давала единственная свеча, горевшая на столе и освещавшая только контуры предметов в комнате и фигуру человека, сидевшего за столом, оставляя при этом его лицо в тени. Снова послышался глухой голос:

- Что же Вы остановились, Иван Иванович, проходите. Это не Ваши два человека напротив дома, снаружи?

6.

На чём я остановился? Да, вышли мы двадцать первого апреля, наша рота и ещё три роты апшеронского полка попали в первую колонну под командование подполковника Скобелева. Вторая колонна, подполковника Гродекова, вышла днём позже. Затем уже третья - подполковника Пожарова и четвертая - Тер-Асатурова.

6

6

Поднялись мы поутру и часам к шести утра были уже на марше. Помню, я тогда не совсем выспался, а Фёдор Левенцов был, как обычно, бодр и даже пытался шутить. Однако, всем остальным было не до шуток, поскольку дорога была совсем плохая, идти приходилось через пески. Делали мы, наверное, тогда версты три в час, не более. Потом и вовсе встали.

Скобелев собрал старших офицеров, а мы воспользовались передышкой, чтобы отдохнуть. Занимались кто чем. У меня тогда начались проблемы с ногами: натёр мозоли, извиняюсь за подробности. Младшие офицеры собрались невдалеке от меня, гадали, что случилось, почему стоим. Саленко высказал предположение, что опять заблудились.

- Где только понабрали этих проводников, - говорит, - опять сделаем крюк в пятьдесят верст из-за них.

Те, кто с капитаном Усачевым прошел через горы, вспомнили наш горький опыт и приуныли. Даже Левенцов стоял грустный. Понятное дело, одно мечты о подвигах, другое дело тащить пуд амуниции сквозь пески. Конечно, мы все представляли, что будет трудно, но не настолько. Пришёл Барабанов.

- Дальше - спуск, каменистый и тяжелый, - объяснил нам штабс-капитан - За нами пойдет артиллерия - пушки там не спустить. Приказ: искать другой путь для орудий. Формируются отряды с проводниками, которые проведут рекогносцировку.

- Казаки? - сделал предположение Саленко.

- Как Вы себе, подпоручик, представляете лошадей на склонах? Они что, копытами цепляться за камни будут?! Пойдет пехота, то есть, мы, - сказал Барабанов и посмотрел на Левенцова. - Вот Левенцов, Саленко и пойдут. Возьмите по паре крепких ребят и идём, проводники уже ждут.