Любой охранный артефакт работает по принципу: действие — отклик, и большую часть времени находится в спящем режиме для сбережения энергоресурсов. Но если отключить сенсоры, реагирующие на внешние раздражители, то даже самая совершенная система не сработает. Попросту не поймет, что происходит нечто незапланированное.

Я подхожу к массивным створка главного входа, ладонь мягко опускается на нагретый металл. Небольшое усилие. От руки разбегаются быстрый искры, похожие на серебристые змейки.

Со стороны это выглядит просто, в действительности начинает работать очень сложное структурированное заклинание, напрямую воздействующее на переплетения магических потоков, спрятанных глубоко под землей.

— Десять секунд, — я говорю в микрофон.

Именно столько потребуется времени, чтобы усыпить защитные артефакты. Точнее, не дать им проснуться, наполнив коридоры разветвленного бункера смертью.

— Принято, — голос Даниэлы спокоен и собран. Она в привычной стихии и знает, что делать.

В то же мгновение громадные створки вздрагивают и начинают приоткрываться. Сначала неохотно, затем все сильнее, раздвигаясь в разные стороны. Показалась толщина главных дверей объекта, и она впечатляла. Как у огромного сейфа, размером с целое здание.

Снаружи ничего не изменилось, фургон и машина все так же на стоянке, за сетчатым забором красноватая пустыня, раскаленный воздух знойным маревом лениво поднимается над потрескавшейся землей, в небе шар раскаленного солнца. Окрестности окутывает неестественная тишина.

Я делаю глубокий вздох, и когда створки достаточно расходятся, выбрасывая руку вперед, мысленным посылом создавая небольшое усилие.

Из пустоты возникает белый сгусток, похожий на невзрачный комок призрачной грязи. Ощущение длиться мгновение и заканчивается глубокой перестройкой структуры пущенного в ход заклинания.

Гибкие льдистые щупальца появляются из получившегося клубка и стреляют вперед, подобно брошенным копьям. Стоявшие прямо за створками наготове охранники с мощными штурмовыми винтовками наперевес не успевают среагировать. Пальцы давят на спуск, но стволы уже задраны вверх, бесполезно выпуская ворох пуль в бетонное перекрытие. Тела в бронежилетах насажены на льдистые пики, подобно пойманным бабочкам.

Морозный холод скользит по темному зеву открывшегося прохода. Потолок идет полусводом, ширина огромна — легко разъедутся пара армейских грузовиков. В другом конец появляется новая порция охранников, они здесь всегда, но скорость реакции на вторжение снижена в несколько раз от допустимых значений. Они успевают только выстроиться, — и умереть, в этот раз даже не выпустив ни одной пули.