В итоге, ученик уже несколько недель просто шатался по цитадели. Его не занимали работой, не ограничивали в перемещении. Он даже несколько раз поднимался к главному артефакту цитадели, рассматривая изображения задницы Роуля, которое светилось странным сумеречным светом.

— Здравствуй, — произнес Хойсо, когда парень дошел до домика, в котором жило шестеро наложниц.

Черт вышел из тени, словно поджидал его.

— Вы меня ждали, — заключил парень, даже не поздоровавшись.

— Не совсем, — качнул головой Хойсо. — Пойдем. Надо поговорить, прежде чем ты отправишься на разговор в этими бестиями.

— Хорошо, учитель, — кивнул парень и последовал за чертом, который, мерно вышагивая, отправился в сторону стены цитадели.

— На самом деле то, что сейчас провернули с тобой, я видел неоднократно, но увы. Тогда это делалось с другой целью, — начал говорить черт, глядя себе под ноги. — Во времена старой империи так от рода отлучали детей, которые должны были стать его скрытой опорой. Во времена войны кланов было очень важно не оставлять в живых никого из клана противников. Догадываешься почему?

— Чтобы некому было мстить, — кивнул парень.

— Верно. Это было очень важно, особенно если знать, что у каждого клана были артефакты последнего шанса. Их целью было причинить максимальный ущерб, не глядя на защиту носителя и другие нюансы. Именно такие артефакты оставляли для отлученных и целью этих отлученных был максимальный урон противнику.

— Это были самоубийцы?

— По большому счету, да, но даже если им удавалось выжить и сбежать, то они всегда брали следующий артефакт.

— Это были настолько мощные артефакты?

— Да. Каждый клан десятилетиями, а то и столетиями собирал силу и средства, чтобы изготовить такие артефакты.

— Зачем вы мне это рассказываете?

— Затем, что в дальнейшем были прецеденты, когда врагов не оставалось, а такие отлученные от клана люди оставались, — произнес Хойсо и грустно улыбнулся. — У человека, которого отлучали от клана, не было имени, не было родственников и, самое главное, у них не было выбора, но оставшись одни… они действительно были одни.

— А что делали те, кто выжил?

— Ну, все, про кого я слышал — умирали.

— Сами?

— Сами, — кивнул черт. — Большинство кончали самоубийством. Но один выжил.

— И что он начал делать?

— Он? Он… искать смысл. Он искал его в битвах, потом в женщинах, затем в алкоголе и еде. Он очень многое перепробовал.

— И в чем же оказался его смысл?

— В авантюрах, — улыбнулся черт. — Он был молод, когда ему пришлось отречься от клана. В нем был достаточно сильный дар тьмы, и он принялся его развивать. Его первая авантюра была простой до глупости: «Стать самым сильным».