— Ну, знаешь, — сделал неопределенный жест рукой упырь. — Женщина она старой закалки. Давно живет и любит оригинальности. То, что ты к ней с цветами ходил — это такая банальность.
— Ты… ты ведь знал и… ничего мне не сказал!
— А что я тебе скажу? Прости, Хойсо, я трахнул самое древнее существо в мире, размахивая голой задницей в твоем ночном колпачке?
— Ты… ты… — начал хватать ртом черт. Взяв себя в руки, он ткнул пальцем в грудь старого друга. — Я тебе это никогда не прощу! Ты знал, что она мне нравится, но не сказал! Ты знаешь, что я плохо сплю без этого колпака, но не вернул мне его! Ты предатель!
— Ой, ой, ой, — недовольно проворчал упырь. — Кто из нас еще предатель! Ты знал, что надо было учесть коэффициенты на размер сферы и промолчал! Ладно, я старый дурак, но ты вообще понимаешь, что я пережил?
— То, что пережила каждая женщина, — язвительно ответил Хойсо. — И вообще! Я сюда пришел, чтобы выяснить, зачем ты воткнул эту сферу на башню?
— А что? Отличный следящий артефакт, — невозмутимо ответил упырь. — Этакое всевидящее око.
— А то, что в этой черной сфере на всю округу красуется твоя задница, тебя не смущает?
— Ну, простите, — хлопнул по бокам Роуль. — Сфера отпечатала первое, что на нее попало под лунным светом. Понятное дело, что это была моя задница!
— Ты извращенец!
— Нет, это ты извращенец! Издали оно похоже на демонический глаз!
— Нет, Роуль! Это не глаз! Это твоя задница, и вся твоя темная цитадель превращается в настоящий балаган!
— Зато это моя цитадель! — фыркнул упырь и достал из тьмы белоснежный колпак. — Вот! Забирай! Мне больше не интересно.
Хойсо схватил колпак и тут же спрятал его за пазухой.
— Все? Конфликт исчерпан?
— И все равно твоя задница на главной башне в сфере — идея так себе.
Глава 5
В животе крутило от голода так, что хотелось свернуться в клубок.
Катар не был эстетом и всегда брался за любую работу, но время жалости к калеке прошло. Никому не нужен был никчемный работник с одной ногой. Несколько месяцев он проработал у швеи, стараясь хоть как-то оправдать свою зарплату, но даже она признала, что его навыки и отсутствие восьми пальцев не позволят сделать из него хотя бы подмастерье.
— Будь оно все проклято, — прошипел Катар, выковыливая на длинную оживленную улицу, где располагались торговые ряды.
Старый наемник, прошедший не одну войну и повидавший огромное количество битв и смертей, на старости лет превратился в настоящего убогого калеку, брошенного судьбой на погибель.
После смерти отряда в бою выживший чудом Катар смог добраться до торгового тракта и с попутным караваном достиг города Вивек. Ему повезло еще раз, и гильдия выплатила полагающиеся деньги отряду, но он изначально понимал: если не найдет своего места — ему не выжить.