Решив все для себя, Зеленый рухнул в транс и приготовился к возвращению этой части сознания в свое настоящее тело, как вдруг сильнейшая боль на секунду сбила его настрой, а потом он почувствовал ментальный удар огромной силы…



* * *

Когда мой клинок пробил грудь лже-Милославского, меня словно кто-то дернул ударить по нему еще и ментальной магией. Энергии такого типа у меня накопилось достаточно, так что, недолго думая, я врезал от всей широты своей души, пробивая природную и наведенную защиту разума. Как только мои щупы проникли в голову лже-князя, я все понял. Тысячи картинок пронеслись перед моим внутренним взором, огромное количество информации рухнуло на меня, грозя свести с ума. Пришлось приложить еще больше усилий, однако я и не думал прерывать контакт, впитывая все до капли. Все это длилось секунд десять, не больше, а потом подселенец все же смог уйти, выпустив при этом сознание настоящего князя. Впрочем, уже плевать, главное, что я знал, теперь я точно знал, с кем имею дело, и что от меня хотят. Что ж, это прекрасно — знать своего врага в лицо. Вынырнув из транса, я посмотрел на затухающий взгляд теперь уже настоящего князя.

— Это был твой выбор, — тихо произнес я, — а ведь все могло быть иначе, князь. Но ты оказался дураком, вот и помер так же, как дурак.

— Позаботься о дочери, — еле слышно прохрипел он, а потом все закончилось.

Н-да, какой печальный, а главное бессмысленный конец, по-другому и не скажешь. Поднявшись, я выдернул меч из груди князя и, развернувшись, направился к краю арены. Пелена защитного купола исчезла, и я смог увидеть всех, кто был на трибунах. Их было много, я бы даже сказал — очень. Но здесь и сейчас мне было плевать на них, ведь я получил в свои руки знания о том, что будет дальше. И этим знанием нужно правильно воспользоваться, так что последние дни перед балом я, пожалуй, потрачу на то, чтобы приготовить хороший план. Мой новый противник по кличке Зеленый решил, что это будет идеальное место для того, чтобы решить со мной вопрос, что ж, придется доказать ему, что это не так.

Когда я подошел к краю арены, меня там уже встречали. Царевич в компании великого князя, и если второй скрывал свои эмоции, то Дима и не думал этого делать. На лице царевича сияла довольная улыбка, да и сам он, не стесняясь, приобнял меня.

— Как ты его сделал! — восхищенно произнес царевич, — да ты, граф, настоящая машина для убийств!

— Ну, можно и так сказать, — я усмехнулся, — хотя лучше не надо, а то ещё начнут боятся меня добропорядочные люди.

— Добропорядочные не начнут, — подал голос Николай Николаевич, — поздравляю с победой, Алексей, бой был восхитительным, иначе не скажешь.