Как, оказалось, имелся и третий вариант касающийся оформления документов. При этом мне предлагались совершенно официальные документы, выписанные на имя девочки шестнадцати лет. Причем выписаны они были не в детском приюте, а в обычном полицейском департаменте города Эйнасли в округе Квинсленд. Но помимо того, что я должен был выплатить кругленькую сумму в пять тысяч Австралийских фунтов, с меня как опекуна девочки еще требовалась подпись на отчуждение ранчо, принадлежащего погибшему отцу девочки. Последняя в данный момент была признана прямой наследницей принадлежащего ее отцу ранчо площадью в одну тысячу двести акров земли, то есть почти пять сотен гектаров, расположенных там же на Северо-востоке Австралии неподалеку от вышеназванного городка.

— То есть, вы предлагаете мне оплатить вам некоторую сумму, а вдобавок к этому еще и отказаться от миллионного состояния в вашу пользу. Не слишком ли у вам большие аппетиты?

— Мое дело предложить. — Произнес клерк приподнимаясь со своего места.

— Мы еще не закончили. Не торопитесь. Вначале, хотелось бы узнать, где именно сейчас находится эта девочка, и взглянуть на документы. — При этих словах, я достал из кармана чековую книжку и показал, что на моем счету, имеется требуемая сумма. Глазки моего, при этом, засверкали яркими огоньками, предчувствуя скорую наживы. Ведь действительно, одна моя подпись на чеке, и он станет богаче на пять тысяч фунтов, и вдобавок эти деньги позволят ему оплатить все издержки при вступлении во владение имуществом, следовательно, можно будет смело забыть о шумном кабинете, монотонном перекладывании бумажек, и постоянных интригах по подсиживанию его места, подумал я.

— Да, разумеется сэр. — как оказалось клерк был весьма предусмотрительным.

Если часть документов, касающихся ребенка, была у него на руках, то все что касалось ранчо, находилось в сейфовой ячейке одного из банков Мельбурна. То есть при всем желании, даже если я каким-то образом и завладею этими документами, без остальной части, они будут недействительны, и следовательно все это пустые хлопоты. Пока же я услышал историю их появления.

Как оказалось, несколько лет назад, неподалеку от Франкстона, расположенного в сорока км к юго-востоку от Мельберна, произошла трагедия. Отдыхающая здесь семья богатого ранчеро, попала в аварию, в результате которой, из всей семьи в живых осталась всего одна девочка по имени Барбара, которую определили до ее совершеннолетия в приют святого Патрика, в Мельбурне. И все бы хорошо, но в прошлом году она сильно простудилась, и умерла от пневмонии. Мой собеседник, который в тот момент занимался подготовкой документов, для подтверждения ее смерти, и возможной передачи наследства оставшегося после нее в фонд казны, сообразил о своей выгоде, в результате чего, умершим оказался совсем другой ребенок, а документы принадлежащие Barbara Jaga von Urwald, были отложены в сторону, а после перекочевали в одну из сейфовых ячеек, снятой в городском банке. Взглянув на предъявленную мне карточку социального страхования, я едва не вскрикнул от неожиданности, только сжав в кулак свою волю, смог сдержать свои эмоции. С фотографии на меня смотрела Яна, выглядевшая чуть моложе ее теперешней, но тем не менее, легко узнаваемая. Одно это подвигло меня на то, чтобы согласиться со всеми требованиями клерка.