Я уже находился в десяти-двенадцати метрах от дозорного с левой от него стороны. Первым надо убрать его — он спит сидя, значит, не до конца ушел в объятия Морфея. Но я никак не мог решиться преодолеть последний отрезок дистанции — внутри все горело, протестуя против убийства.

«Думаешь, они тебя пожалеют? Пожарят и съедят, это же дикари, — не к месту включился внутренний голос. — А Ада? О ней ты подумал? Думаешь, ее просто убьют? Убьют, но только после того, как насытятся, а ты ведь обещал ее защитить».

Последний довод оказался переломным — бесшумно подкрался к дозорному. Рядом с дикарем лежало копье, а чуть поодаль — дубина. Левой рукой закрыл рот, и как только дикарь встрепенулся, нанес короткий и резкий удар между левым соском и краем грудины. Парень обмяк сразу, непроизвольно дернулась рука, а ноги я обездвижил, присев на них. Минус один. Но ощущение было гадкое, словно сделал что-то непристойное.

Двух следующих жертв удалось ликвидировать без шума. А вот третий оказался крепким орешком, а может, сердце у него располагалось справа. Он умер не сразу, даже умудрился пару раз довольно шумно проскрести ногой по земле, разбудив последнего дикаря. Проснувшийся сориентировался мгновенно, вскочив на ноги, он ринулся на меня, выставив вперед руки. Я еще не успел подняться — убивая третьего, пришлось обвить его ноги своими, чтобы не шумел.

Встретил набегавшего ударом ноги в живот, откидывая его назад. Этого мгновения хватило, чтобы вскочить на ноги. Мой противник был ниже меня на голову, да и особо мощной фигурой не обладал. Попятившись назад, негромко рыча, он метнулся в сторону и подхватил копье.

— Ару, мангкха, — после этих слов дикарь ринулся на меня, выставив копье как таран. Всегда представлял древних людей гигантами, с могучей мускулатурой и невероятной скоростью. Но мой соперник не был очень быстрым: переложив нож в левую руку, шагнул навстречу, уходя влево от острия, одновременно проводя встречный хук. Копье вылетело из ослабевших рук, а сам дикарь грохнулся на спину, но не отключился. Мотая головой, он встал на четвереньки — удар ногой в область печени отправил его в нокаут.

Начинало светать — подбросив хвороста на тлеющие угли, получил пламя, осветившее место боя. Взгляд наткнулся на сумку из шкуры животного — внутри было три наконечника для копья, и разрази меня гром, если это было не железо. Но более детальный осмотр показал, что наконечники были из незнакомого мне сплава. Нашлась и полоска, отдаленно напоминавшая ремень из невыделанной кожи. Длины около метра хватило, чтобы крепко связать руки дикаря. Мой соперник был в отключке — на горизонте больше врагов не было видно.