Даша сидела на заднице, бледная, с приоткрытым ртом и подрагивающей челюстью.

— Та-а-а-ак! — раздалось над нами.

Я оглянулся. Крёстный стоял над нами, уперев руки в боки и глядя на нас таким взглядом… Когда царь смотрит на тебя ТАК, становится реально страшно. Но больше он сказать ничего не успел, потому что на него тут же насели мамочки. Усманов благоразумно отошёл в сторону.

Вычленить что-то конкретное из тех словесных очередей, которые тётя Лиз и тётя Софи обрушивали на государя, было практически невозможно. Но главный посыл оказался вечен, как салат оливье и гречка с тушёнкой: Онажедевочка! Её нельзя ругать! Её нельзя наказывать! Онажедевочка! Её надо успокоить, погладить по головке и дать конфетку…

— Цыц! Вот, наседки! — не выдержал наконец император. — Онжедевочка… Она дворянка! Она… — он бросил быстрый взгляд на Усманова, — сами знаете кто! Она должна уметь обращаться с оружием и соображать, что к чему! Сами же всё понимаете!

Дамы притихли и потупились, Даша тоже потупилась и её мертвенная бледность сменилась лёгким румянцем. Видать стыдно стало за своё разгильдяйство. И тут я решился. Постучался к крёстному по личному каналу:

— Крёстный! Можно просьбу?

— Смотря какую! — император был раздражён гораздо сильнее, чем показывал.

— Действительно, не наказывай Дашу. Она своё уже получила. Лучше ещё раз ей объяснить и пусть выполнит всё правильно. Прямо сейчас.

— Тоже мне, педагог нашёлся… — буркнул он в ответ и тут же переключился на общую связь: — Значит ты и будешь ей всё объяснять! С тебя и спрос! — заявил он мне.

— По принципу: Третий раз объяснил, сам всё понял… — хмыкнул я вставая и помог девушке подняться.

Конечно, Его Величество какое-то время контролировал мои объяснения и команды. И, надо сказать, с огромной пользой для процесса: что ни говори, а мои знания в области современной огневой подготовки (да, по правде сказать, и современной мне по первой моей жизни тоже) были весьма поверхностными. Но, убедившись, что всё идёт в приемлемых рамках, спихнул присмотр за детьми на своих дам и умотал вместе с Усмановым на соседний огневой рубеж, отвести нервы. Оттуда вскоре донеслись вспышки и грохот. А с меня, не то, чтобы семь потов сошло, но без помощи тёти Лиз и тёти Софи (которые, вот неожиданность!) разбирались в военном деле на очень высоком уровне, я бы точно не справился.

Но, в результате, когда через пару часов мужчины вернулись к нам довольные собой и проведёнными стрельбами, всё было в полном порядке. Даша успокоилась и сумела вполне успешно пострелять, я тоже ещё немного пострелял, дамы тоже отметились на огневом рубеже вполне успешно. Короче, все были довольны собой. Кроме Даши, которая очень переживала случившееся. Но хотя бы успокоилась.