— Ма-а-а-ам… а что ты так… с этим механиком?..

Тётя Лиз рассмеялась:

— Тебе же Серж всё объяснил! А Макарыча я знаю ещё с Андреево, он работал на мехбазе нашего лесного завода, много нам, мелким, помогал. То-есть делать он нам ничего не делал, говорил, что нельзя, но подсказать, научить — всегда пожалуйста.

— И ругаться тоже он тебя научил?

— Да это разве ругаться? — искренне удивилась тётя, а я подначил:

— Ходить, пить, курить и говорить матом вы начали одновременно. О том, что есть слова не матерные вы узнали тремя годами позже…

Даша на это надулась так… Я аж испугался: никак сейчас лопнет? А вот тётя рассмеялась и отмахнулась:

— Да ну тебя! Медовухой меня первый раз угостили когда мне было шестнадцать… Да та же баба Валя. Медовуха-то на травах, с клюквой, да не простая, ставленная… Правда молодая, всего сорок лет… А матом… так с лесорубами по-другому нельзя. Без мата они просто не понимают, вообще ничего… Эх, доченька! Честно, очень жалею что ты тут росла, в этой… фильтрованной своей клоаке. Там бы общалась с нормальными людьми, природу бы увидела, нормальную жизнь. А тут одна скукота. Одна надежда, что Серж тебя расшевелит.

Сразу после ужина мы с тётей вернулись в гараж, помогать Макарычу и мои планы посидеть с книгами малость обломились. А тётя, похоже, именно к этому «Тёрну» какие-то особые чувства испытывает. Ну бывает такое, у заядлых водителей.

На следующее утро Дашенька вознамерилась пинком выкинуть меня из кровати, но не вышло: я уже и зарядку сделал, и умылся и Нату оприходовал, так что меня сразу же подрядили облачаться в парадное. Тут я почти что сам справился. Почти, потому как неожиданно выяснилось важное не соответствие:

— Ты чего на себя напяливаешь?

— То же что и вчера, — честно ответил я. — У тебя же платье то же самое.

— А то, что ленты у меня в волосах другие ты не видишь? — рыкнула она, указывая на ленточки, которыми были завязаны её неизменные анимешные хвостики.

Нет, блин! Естественно, не вижу! И какое это имеет значение длямоего мундира?

Оказывается имеет и мы вернулись к полному перекапыванию моего гардероба, по результатам которого… меня одели в то же самое, заменив только воротник на такой же, но с тонкой золотистой окантовкой (эта парадная одёжка собирается наподобие того же Лего). Ума не приложу, почему эти изменения оказались столь важны, но судя по одобрительному кивку тёти, когда мы вошли в столовую, получилось как минимум приемлемо. И сразу после завтрака мы отправились в танцевальный зал, где нас уже ждал небольшой ансамбль японских барабанщиц. Одетых как японские барабанщицы, то-есть никак.