– Чистота крови!.. – фыркнула меж тем Ишерхэ, наконец одарив Учителя пренебрежительным взглядом. – Не слишком ли ты печешься о ней? Следуя твоей фанатичной философии, небожители не должны были вступать в союзы со смертными и не должны были создавать в Полуденном море прекрасный Лианор, остров блаженства. Но если бы в свое время небожители не смешали священную кровь с кровью обычных людей, в мир не пришла бы раса Совершенных, не так ли? Не хочешь ли ты поспорить с волею вечных богов?

– Конечно, нет, – скучающим тоном протянул Красный Феникс, глядя в неприятные, по-кошачьи вертикальные щели зрачков собеседницы. Холеное узкое лицо его сделалось совершенно непроницаемо. – Жрецы не спорят со своими богами. Волею вечных богов появилась на свет раса Совершенных, а значит, сохранение ее благополучия – моя главная задача. Что касается переноса ставки Триумфатора на запад – как пожелает моя госпожа.

Все отпрыски родовой аристократии Ром-Белиата мужского пола в возрасте от шести до шестнадцати лет обязаны были воспитываться в храме Закатного Солнца. Если же у воспитанников обнаруживались выдающиеся способности, они получали почетное предложение вступить в Красный орден. В этом случае юноши продолжали обучение и впоследствии становились жрецами или другими служителями, сообразно их дарованиям.

Таким образом, в том возрасте, в котором Элиар впервые появился в храме, большинство учеников уже заканчивали свое пребывание здесь. Кроме огромной задержки с началом обучения, ему очень мешал низкий статус – кочевник считался рабом, личной вещью своего наставника. Учитель был добр, даровав недостойному полукровке собственное имя на высшем языке господ, но даже это не могло изменить прошлого и родословную выходца из диких земель, о которых все вокруг, конечно же, ни на миг не забывали.

Однако, несмотря на грязное происхождение и явное пренебрежение, которым поначалу одаривали Элиара соученики, протекция всесильного Верховного Иерофанта не позволяла вести себя с ним откровенно грубо и непочтительно. Спустя время к чужаку привыкли, и высокое положение его в иерархии ордене уже ничуть не казалось странным. Более того, из-за выдающихся способностей Элиар слыл любимцем Учителя, затмив в глазах общества даже утонченного и богатого талантами Первого ученика, на которого мессир Элирий Лестер Лар оставлял Красную Цитадель во время своих отъездов.

Каждый день Учитель проводил с Элиаром немало свободных от государственных дел часов, лично контролируя его головокружительный прогресс. За минувшие три года постоянного общения волей-неволей они сблизились, и Красный Волк почти позабыл тягостные обстоятельства их первой встречи.