– Какое счастье, что сегодня суббота! – воскликнула Назлы.

– Да, сегодня суббота, и мы прекрасно проводим время! – поддержала ее Тюркян.

Девушки обнялись, и Анна вытащила из кармана смартфон, чтобы сделать сэлфи: музыка, веселая компания прямо на оживленной улице, окруженная самыми разными людьми, которые веселились, гуляя по ночному Стамбулу.

– Знаете что я думаю, девочки? – воскликнула она громко, стараясь перекричать окружающий шум. – Что никакие соблазны технологического прогресса не смогут заставить их всех разойтись по домам, потому что люди не могут без людей! Вы только посмотрите, как их много!

– Энни-джим, ты полностью права! – охотно поддержала ее Тюркян.

– Девочки, вы такие замечательные! – добавила Назлы. – Я просто обожаю всех вас!

Музыка, веселая компания, прямо на оживленной улице, с самыми разными людьми, которые одинаково веселились, гуляя по Стамбульской центральной улице.

Тогда, как магазины вдоль улицы начинали закрываться, рестораны и бары набирали посетителей, готовых для ночного веселья, живого общения, новых впечатлений среди туристов и гостей, и просто расслабления среди местных жителей после насыщенной недели. Здесь всегда есть посетители. Улица живет ритмом жизни, уютными ресторанами, хорошим сервисом, вкусными угощениями, уличными художниками, музыкантами, множеством магазинов, нескончаемым разноязычным жужжанием голосов.

– Дзинь! – Нет, это не трамвай. Это мороженщик, выряженный в османские наряды, ударил по своим колокольчикам. Сейчас он пустит в ход шутки в адрес покупателя, пожелавшего славный тянущийся Мараш.

Подойдя к площади, молодые женщины почувствовали усталость. Адреналиновый кураж спал, гудящие ноги с трудом несли вялые тела, и почти каждую минуту кто-нибудь сладко зевал. Они поймали такси, все вместе загрузились в него и поехали по домам. Первой, на одной из тесных улочек района Джехангир, вышла Назлы; второй, в районе Фулье, вышла Тюркян, и Анна осталась в машине одна: ей нужно было ехать в Османбей.

Пожилой водитель вел машину молча; хотя подруги оставили денег намного больше, чем было нужно, его угрюмое лицо нисколько не смягчилось. Казалось, что шофер чем-то недоволен, но, возможно, он просто думал о своих повседневных проблемах. Отблески уличных фонарей скользили по салону, высвечивая пряди седых волос в его шевелюре; маленькая шапочка с причудливым орнаментом, показывающая его принадлежность к самым низшим, простым и традиционным слоям местного населения, с трудом держалась на его макушке. Скорее всего, водитель не так давно переехал в Стамбул из какой-нибудь турецкой глубинки, прихватив с собой заодно всю огромную семью.