Лицо девушки исказилось от жгучей обиды. Она с силой оттолкнула молодого человека прочь от себя, поднялась на ноги и побежала прочь, страстно желая покинуть поскорее этот зал, чтобы спрятаться, остаться наедине со своими мыслями, остаться одной.
Эндер догнал Анну возле выхода из зала и в последний момент успел схватить ее за предплечье. Она попыталась вырваться, но он не дал, и вместо этого притянул ее к себе, обвив рукой тонкую талию.
– Анна, подожди! Постой! Не уходи так, – умоляюще произнес он, зарывшись лицом в ее волосы.
– Зачем ты это сделал? – спросила она дрожащим от слез голосом.
– Я вовсе не хотел, чтобы ты так расстроилась. Пожалуйста, прости меня!
Он крепко обнял ее, желая утешить. Анна уткнулась лицом в его грудь. Вопреки всему, обида и ярость вдруг покинули ее, и она сама не заметила, как расслабилась в его теплых руках, а на сердце у нее стало легко-легко.
Эндер сжал ее лицо в своих ладонях и, с нежностью посмотрев на ее заплаканные глаза, бережно прикоснулся губами к мокрым щекам. Она не стала вырываться, наборот, еще плотнее прижалась к нему, и он начал покрывать ее лицо быстрыми поцелуями. Наконец их губы слились в жарком пламени страсти, и Анна поняла, что больше для нее нет пути назад: с момента первой встречи с ним она была обречена либо на долгожданное счастье, либо на новую боль. Но ей уже было все равно, ставший привычным страх почти не ощущался, ее не тревожили ни боль, ни дурные воспоминания; все ее существо заполнило вновь вспыхнувшее чувство, заглушая все на свете, включая память и разумные доводы. Поцелуй Эндера пробудил в ней дремавшую жизненную энергию, которая вытеснила все прочие переживания; поток эмоций хлынул в освободившееся пространство, и его было уже не остановить.
– Анна…
– Прошу тебя, Эндер, не говори сейчас ничего. Все потом.
Глава 8. Прошлое и настоящее
Офис просыпался после выходных дней. Сотрудники сосредоточенно пили кофе, пытаясь побыстрее настроиться на будти и включиться в рабочий процесс. Анна, склонившись над подготовленным концептом, ожидала в конференц-зале, готовая продемонстрировать коллегам свой проект арабской Айя-Софии.
Она пришла на работу раньше всех, можно сказать, еще ночью, но не только для того, чтобы как следует подготовиться к брифингу, но еще и затем, чтобы побыть наедине с собой, вырвавшись из расслабляющей домашней обстановки. В результате все утро она думала не столько о своем проекте и возможной реакции на него заказчиков, сколько об Эндере и своих с ним отношениях.
Несколько часов пронеслись, словно во сне. Анна даже не готовила толком свою речь; окрыленная вчерашним вечером, она была уверена, что сумеет все на свете. Два поцелуя перемешались в ее голове. Первый, с Синаном, оставил после себя горечь и чувство отвращения; второй, с Эндером, словно освободил ее от последствий первого.