– А я точно вам не помешаю? – спросила Анна, готовая ехать хоть к черту на рога, лишь бы на душе стало полегче.

– Глупости какие, мы будем только рады, особенно я!

– Мы?…

– Мы с братом и сестрой. Но это неважно, правда! Короче, через час я заеду за тобой, будь готова. Возьми с собой удобные теплые вещи, которые не жалко испачкать: в программе мангал! – приказала Назлы и решительно, чтобы подруга не успела передумать, повесила трубку.

Первым делом Анна быстренько сбегала в магазин за пахлавой с грецкими орехами и фисташками, а заодно набрала на пробу кучу других турецких сладостей – ей не хотелось ехать в гости с пустыми руками. Потом она поспешно упаковала в рюкзак старые джинсы, вязаный свитер и другие необходимые вещи, и вышла на улицу, решив подождать там машину.

Спустя четверть часа у дома Анны остановился автомобиль, за рулем которого сидел привлекательный брат Назлы – он был старше подруги на несколько лет, и у него были такие же большие выразительные карие глаза, как и у нее. Он даже улыбался совсем как она, только черты лица у него были крупными и мужественными. Рядом с ним сидела миловидная женщина с пышными кудрявыми волосами типичной для Востока внешности. Заднее сиденье оккупировала Назлы, которая, увидев Анну, тут же выскочила из машины и пылко обняла ее.

– Идем! Забирайся назад, поедешь со мной вместе.

Анна послушно уселась на заднем сиденье. Сидяющие впереди брат с сестрой повернулись и, приветливо улыбаясь, по очереди протянули ей руки.

– Меня зовут Мурат. Очень приятно.

– Привет, я Пелин. Мне тоже очень приятно.

Дверцы закрылись, и машина тронулась. Путь обещал быть не таким уж долгим – не более полутора или двух часов, в зависимости от дорожных пробок.

Кильос располагался позади Стамбула, на побережье Черного моря. Анна ездила туда пару раз на пляж, но дом родителей Назлы находился не там, а в небольшом коттеджном поселке в лесу.

Пока они были в дороге, ей пришлось в который уж раз поведать новым знакомым о том, как она попала в Турцию. Слушатели, как обычно, восхищались ее храбростью и целеустремленностью, отчего у Анны заметно улучшилось настроение: что сказать, турки умеют поддержать в трудную минуту и вселить в человека веру в себя, пусть даже их похвалы несколько отдают лестью.

После того, как было покончено с обсуждением Анны и ее переезда, стали знакомиться.

Оказалось, что Мурату уже около тридцати семи лет, он работает менеджером в текстильной компании и до сих пор не женат, потому что считает себя слишком молодым для этого. А тридцатидвухлетняя Пелин, недавно пережившая разрыв со своим парнем, не подавала абсолютно никаких признако душевных терзаний по этому поводу. По правде говоря, в них двоих действительно чувствовались молодость и энергия; видимо, поэтому они и оттягивали бремя семьи настолько, насколько могли, понимая, что брак – это прежде всего большая ответственность.