— Отец, — киваю я, пытаясь уложить в голове новую информацию. Марк здесь? И рассказал о нас моим? Родители выглядят сбитыми с толку, приходится добавить: — Так получилось. Когда мы познакомились, я не знала, что он связан с той историей.

— Удивительное совпадение, — произносит мама. — Но теперь понятно, почему он так переживал. Пытался прорваться к тебе. Извини, мы просили никого в палату не пускать. Боялись новых нападений.

Сразу вспоминаю свои видения в полусне. Знакомые прикосновения, шепот. Это был Марк? Все-таки пробрался ко мне ночью?

— Болотов пообещал, что тебе больше ничего не угрожает, — задумчиво произносит отец. — Сказал, что потребовал от Смирнитских оставить нас в покое. А их сын задержан. Тоже непонятная история. После наезда на тебя он сбежал. Но кто-то его нашел, избил и сдал полиции. Очень рад, что этот урод в камере. Там ему самое место. Но охрана у твоей палаты останется. Так нам спокойнее.

У меня есть мысли, кто мог сдать Виктора. Но вслух их не озвучиваю. И о роли мужа в том, что со мной случилось, тоже. Оставляю это как крайний вариант. Не хочу, чтобы отец себя винил. Да, он настаивал на моем замужестве. Но я и сама хороша, раз поддалась уговорам.

— Дочка, так пустить к тебе Марка? — уточняет мама и поправляет мои волосы.

— Думаю, да. Но лучше завтра. Мне нужно отдохнуть и подумать.

Отец сообщает, что предупредит охрану. Ближе к вечеру родители уезжают. После дежурного посещения врача с помощью нанятой сиделки ужинаю и готовлюсь ко сну. Вставать мне нельзя. Разрешили только немного приподнять изголовье кровати. Потом сиделка уходит, напомнив, что могу вызвать ее в любой момент нажатием специальной кнопки. Лежу в полумраке и пытаюсь осознать все, что случилось. Мысли то и дело возвращаются к Марку. Обида все еще сидит внутри. Но сейчас я гораздо лучше его понимаю. Очень жаль, что он не попытался со мной поговорить. Без доверия трудно построить что-то стоящее. А Марк, получается, хочет? Раз заявил об этом моим родным.

Слышу, как тихо приоткрывается дверь. Когда в проеме появляется мужской силуэт, сердце начинает стучать быстрее. У ночного гостя наброшенный на плечи белый халат, но для врача слишком осторожные движения. Пытаюсь успокоиться, просто уже догадываюсь, кто это.

— Привет, — звучит хриплый голос. Марк опускается на стул рядом с кроватью. Тянется к моей руке, лежащей поверх одеяла, и легко ее сжимает. Чувствую, как подрагивают его пальцы. Даже в слабом освещении заметно, что он сильно изменился. Между бровями глубокая складка, скулы обозначились резче, отросла щетина. Вместе с помятой футболкой общий вид усталый и осунувшийся. А еще вижу, как он напряжен. Словно взведенная пружина.