Он задрожал, шмыгая, и прижался к ней.
Эва отвела Дарона в сторону. Алдис отошла к окну.
Кто-то мягко погладил ее по спине. Обернувшись, она увидела Джеро.
Глаза с новой силой наполнились слезами, и Алдис бросилась в его объятья.
- Я не хотела…я не знала…она говорила такие ужасные вещи…если бы я знала, кто она, то не сделала бы так… - бормотала Алдис.
Джеро прижал ее к себе. С ним всегда было тепло, а сейчас объятья друга стали спасением. Контайр ласково гладил ее по волосам.
К Алдис приблизился Такар, который тоже обнял ее, начиная мурчать.
Алдис закрыла глаза, убаюкиваясь мурчанием. Мысли сами собой приводились в порядок.
- Я чудовище!
- Это не так. Ты просто делала то, что считала правильным, – мягко проговорил Джеро.
Алдис отстранилась, посмотрев на Такара, а затем и на него.
- Я не помнила ее. Забыла все, а потом она меня коснулась, и я увидела прошлое наше с ней и лишь тогда все поняла.
- Я не знаю, как остальные, но мы с Такаром тебя не осуждаем. Каждый может ошибиться! – сказал Джеро.
- Чего тебе? – рыкнул Такар.
Алдис посмотрела на оскалившегося Такара, который смотрел на угрюмого Ривера.
- Я хотел поговорить с Алдис.
- Она не хочет с тобой разговаривать! – прошипел Такар.
- Если ты хочешь меня повоспитывать, то сейчас не лучшее время, Ривер! – дрожащим голосом сказала Алдис.
- Вовсе нет. Я волнуюсь за тебя! – признался Ривер.
- Пошел вон! – зарычал Такар.
- Угомонись, малой. Пусть поговорят! – сказал Джеро.
Такар не отводил от Ривера злого взгляда. Алдис отошла от братьев к Риверу.
Он смотрел на нее серьезно, а Алдис не могла долго выдерживать его взгляд.
Она прижалась к стене, а Ривер встал рядом.
- Я знаю, тебе сейчас очень нелегко, но не вини в этом себя.
- Как?– Алдис задрожала. – Обрести мать на мгновение, чтобы потом она действительно умерла из-за меня. Как я смогу с этим жить?
Ривер притянул ее к себе. Алдис сжала его плечи, тяжело дыша, пока он утешал ее.
Успокаивало лишь то, что Ривер не отвернулся от нее и все еще был на ее стороне, как и братья-контайры.
Двери в покои королевы распахнулись, и в коридор вышли воительницы с абсолютно невредимой Селин.
- Мама!
Дарон бросился в ее объятья, отчаянно прижимая ее к себе. Лицо его было наполнено болью, и он больше не скрывал слез.
- Ты цела. Но как? – Дарон окинул ее взглядом.
На теле Селин не было и следа ранения. Она улыбнулась, погладив Дарона по щеке.
- Я хороший алхимик. И девочек научила. Нет ничего невозможного.
Алдис вздрогнула, когда Селин посмотрела на нее. Самое страшное, чего боялась сейчас Алдис, - увидеть разочарование или ненависть, но этого не было. Селин смотрела с печалью.