— Дело баешь, задолбанец. Видно, что немало тебя пороли в детстве.
— С чего такой вывод⁈ — Попаданец чуть из седла не вывалился от удивления.
— Наука, она в юные головы только через задницу входит. А ты зело учён для своих годов. Сколько ты лет видел, три десятка от силы.
Денис не стал говорить, что ему уже тридцать пять стукнуло, он весьма почтенного возраста мужчина с высшим образованием, женой, сыном и почти красным дипломом. Где та семья, где диплом, какая от образования помощь? А еще наш попаданец удивился, как это легко в его речь заскакивают все эти смешные словечки. Не кручинься, невместно… Скоро еще и «надысь» с «покамест» начнёт выговаривать или там «исполать».
Глава 18 И снова про кадры
«А его Микула молодец! — Вдруг подумал Денис. — Хороший слуга — в почёт сюзерену, не всякий может позволить себе толковых слуг». Вроде старый уже, а зверя добывает лучше иного молодого! И всё в общий котёл, а значит польза от боярина нешуточная в походе. Сколько раз дружинники с Остроглазом за приварком в лес уходили, столько раз у него получалось добыть дичину. Да не одного зайца или глухаря, а сразу три-четыре тушки, чтоб всем хватило. Или косулю.
Пуля не дура, так сказать. А поначалу подсмеивались над кривым заморским самострелом, оказалось — зря. И валит зверя с одного удара, и снаряд копеечный. Не то что стрела али болт. В лесу выстрелил, считай — стрелу потерял, искать бесполезно. А она денег стоит. На нею древко выстругай да зашлифуй, гусиное перо наклей, три пера. Наконечник откуй такой, чтоб с трубкой. Десяток стрел таких денег стоит, что разоренье одно в сравнении со свинцовым шариком.
Денис ехал и слушал, как ему вновь взялись перемывать косточки, он уже и свою оценку как недоволшебник получил. Мол, всем хорош наш задолбанец, жалко только ничего этого наколдовать не могёт.
— Да, был бы баронский сынок настоящим магом, мы бы того огневика не упустили.
— Баронский или нет, то еще не ясно.
— Это с чего?
— А чего ж он тогда выступает как королевич? Видел я простых благородных, — Даже смешно стало слушать, у дружинника новая категория знати вырисовывается: простые благородные. — Они так важно нос не задирают как наш задолбанец. Не смотри, что у костра вместе со всеми сидит. По улице ходит что наш князь!
Денис аж удивился, что в его походке воины нашли такого важного? С другой стороны, им виднее, вдруг и в самом деле его манера держаться не очень вписывается в здешние реалии.
— Вот был бы он водником… — Снова взялся за старое тот же самый дружинник. Дождь в конце концов задолбал на только задолбанца.