'…широкая лестница спирально уходит вниз, побитые временем ступени кажется никогда не закончится. Заворачивая вправо, они ныряют в пустоту, где нет ничего кроме наползающей тьмы пока спуск вдруг резко не прерывается.

Перед глазами открывается огромный зал. Искривленная трещина пересекает его посередине, захватывая пол и часть стены слева и справа. Трещина образует разлом, в который не хочется заглядывать, но любопытство толкает вперед и взгляд ощущает в бездне неясное шевеление, словно первородный мрак лениво колышится волнами, готовый поглотить все живое. Он там уже не одно тысячелетие, как и зал, как и пересекающая его трещина, непонятно, что здесь случилось, но это случилось очень давно.

Тонкие колонны слева и справа тянутся вдоль отвесных стен, свечками вырастая из каменной поверхности, уходя вверх и теряясь в полутьме невероятно высокого потолка, которого даже не видно, он лишь угадывается по косвенным признакам, главный из который подсказывает логика — ни одно помещение не может без него обойтись.

Эта мысль застревает в сознании, но следом приходит следующая, и наступает сомнение. Что если мрак не только внизу, но и наверху, окружает это место со всех сторон, медленно его пожирая. Это провоцирует колебание, но любопытство толкает сделать следующий шаг.

Впереди вырастает арка, это выход, но он же и вход. По бокам пьедесталы — каменный тумбы, способные удержать несколько тонн веса. На них статуи рогатых существ в странных доспехах, которые кажутся легкими, но каждое без труда выдержит самый сильный удар.

Гордые существа надменно взирают на окружающий мир. Кажется, что идеальные лица никогда не выражали ничего кроме превосходства, и что им незнакомо такие понятия, как страх или растерянность. Но я знаю, что это не так, и первое и второе в свое время они хлебнули с лихвой, не понимая, что происходит, когда их мир начал рушится. Они долго не могли в это поверить, хуже того, не желали признавать собственную ответственность в происходящем, и в конечном итоге все закончилось катастрофой.

Не могло не закончится, потому что таков порядок вещей.

Зал прервался, начался коридор, узкий и очень прямой, кажется ему нет конца и края, он стрелой прознает скальные породы, словно выжженный невидимой силой. Гладкие края стен до сих пор хранят странные потеки.

Неожиданно появляется помещение, хотя еще мгновение назад коридор все так же узкой полосой стремился вперед.

Впереди прозрачная рябь, как колебания нагретого воздуха. Внутри шевелиться предостережение, советуя остановится. Дальше идти нельзя, призрачное образование стеной перегораживает помещение. Из глубины сознания приходит понимание, что стоит ее коснутся, как живая плоть умрет. Отсохнет и начнет разрушаться, захватывая миазмами разложения остальное тело.