Я пожал плечами.
— Это бы объяснило странное поведение пиратской эскадры. Если одновременно ударить с двух сторон, то никакая защита не выдержит, крепостные стены падут и в город хлынут толпы завоевателей, его разорят и разграбят.
Сорен мрачно заметил:
— И участь Терниона станет примером для остальных — либо подчинитесь, либо готовитесь умереть в муках.
С моей стороны последовал небрежный кивок.
— Верно. После устроенного демонстративного истребления, другие прибрежные города дважды подумают, прежде чем отказывать посланникам лорда-протектора. Он уже провернул нечто похожее, уничтожив Ланц и Тангар, два вольных торговых города. Но там использовалась магия. Здесь видимо решили отклониться от прежних методов, пустив в ход припасенный козырь в виде пиратов.
Обдумав сказанное, Сорен неохотно признал:
— Это вполне в духе лорда-протектора.
Я хмыкнул.
— Возникает вопрос, что нам делать в этой ситуации. Если сюда и правда маршем движется армия Закатных Островов, предполагаю, что с юга — со стороны Аз-Гарада, то вскоре Тернион окажется в осаде, причем блокированный, как с суши, так и с моря. Я однажды был в осажденном городе и не хотел бы повторять опыт.
Рыцарь нахмурился:
— Предлагаете уехать? Но мы только что прибыли.
Я пожал плечами, ответа у меня не было. По крайней мере пока. Ситуация и правда складывалась дурацкая, бросать здание Коллегии с ее возможностями категорически не хотелось, но просто так сидеть и ждать прихода вражеских войск тоже будет не самой лучшей идеей.
Глава 12
12.
Стучали молотки и топоры, визжали ножовки и пилы, на притоптанный снег падали щепки и куски древесины. Балка за балкой, доска за доской, вырастали конструкции, обрисовывая причудливый контур будущего строения.
Чуть в стороне в промерзшую почву вбивали толстые бревна, над ними возводили широкий помост, туда уже тащили длинные лавки, водружая рядами. Сверху сооружали навес, плотная ткань будет защищать от возможной непогоды.
Плотники сновали между остовом скелета деревянной конструкции трудолюбивыми муравьями, казалось каждый знает, что делать, бригадир лишь присматривал со стороны, отдавая редкие распоряжения через помощников, которые тоже не брезговали порой взяться за топоры.
— Это же чертовы трибуны, — наконец дошло до меня.
Суета шла на открытом поле за городом. Справа возводили шатры, там начинали работать полевые кухни, готовые кормить занятных на работах людей, а потом и посетителей будущего мероприятия.
По краю поля важно расхаживала парочка толстяков в парче и бархате с наброшенными на плечи мехами, животы выпирали вперед, на них покоились толстые цепи из чистого золота — отличительные знаки принадлежности к высшему сословию города. Представители магистрата присматривали за работами.