— Да. Я встретился с ним в парке, где иногда прогуливаюсь, за несколько дней до того, как он был убит. Точнее, раньше я там прогуливался.

— С чего вы взяли, что он был убит?

— Вы все это время только и делали, что расспрашивали меня о жертвах, о которых я впервые услыхал только после того, как они были убиты, разве нет?

Следователь вопросительно посмотрел на своего коллегу, тот покачал головой:

— Ни одного неправдивого слова.

— Что ж, сэр, спасибо за ваше терпение и сотрудничество с департаментом правопорядка! Мы очень рады убедиться, что вы добропорядочный гражданин! Хорошего вам дня!

Маркус вышел из фургона и вошел в подъезд. Все гениальное всегда просто, невозможно обмануть детектор лжи, но можно обмануть допрашивающего, отвечая не на тот вопрос, который был задан. Астронавт и правда никогда не слышал о своих жертвах: он читал о них с экрана глазами. А щедро разбавляя правдивые ответы вопросами, замаскированными под ответ, Маркус не оставил детектору ни единого шанса. Повезло все-таки, что копы оказались не семи пядей во лбу.

С другой стороны, с низкопробным уличным терроризмом придется завязать, потому что на учет полиции он все-таки попал. Полицейские аналитики, составив круг подозреваемых в триста человек, все же сумели указать в том числе и на реального преступника. Не исключено, что если убийства не прекратятся, Маркуса будут допрашивать снова, и во второй раз не факт, что номер пройдет. Так что пока он прекратит карать ублюдков и сосредоточится на развитии ОСС.

* * *

Время потихоньку шло, дела понемногу делались. За неделю, прошедшую с момента допроса, в столице произошло еще три убийства. Одного убийцу поймали и расстреляли: недоумок пырнул мясницким ножом человека, отнявшего у него машину, и потому был раскрыт на допросе на следующий же день. Но два других, также совершенных методом удара бутылкой по голове, оставались нераскрытыми, и полиция сбилась с ног, спотыкаясь впотьмах под градом критики. Этим дело не ограничилось: какой-то журналист провел собственное расследование и вытащил на свет божий шокирующую правду: все жертвы, кроме зарезанного, имели в своем досье как минимум одну победу на Вызове за обладание женщиной.

Началась паника. Маркус узнал от Кавано, что город спешно покинули несколько сотен достаточно известных личностей, опасающихся стать следующей жертвой маньяка. А на восьмой день случилось событие, по эффекту сопоставимое с разорвавшейся бомбой. Жертвами «бутылочного маньяка» стали сразу четыре человека, из них двое — не в столице, причем один — на самой окраине страны, где-то на границе с Сибирью. Все четверо бросали Вызов, кто за дом, кто за женщину, и побеждали.