Она оказалась в на удивление тихом и безлюдном районе города, где за последние несколько минут ей никто не встретился. Пока Генриетта бежала, у неё не было времени особо оглядываться, теперь же она настороженно крутила златокудрой головой по сторонам. Не хватало ещё попасть из огня да в полымя. Кто его знает, на кого можно нарваться в этом месте? Вариантов хватало, от дежурного наряда констеблей до неуловимого Джека-Попрыгунчика! Смешок застрял у Генриетты где-то в области вновь давшего о себе знать голодным ворчанием заледеневшего живота. Зря она подумал об этом чудовище, ох, зря!
Вообще-то, когда припекало, Генриетта могла за себя постоять и девушкой была, по сути, не самой робкой, но одно упоминание о безжалостном маньяке наводило на неё несусветный ужас. Запахнув на покрывшейся мурашками груди кофточку, Генриетта непроизвольно поёжилась. И нисколько не от холода. Не поминай чёрта к ночи, говорят мудрые люди. Вот и она не будет забивать себе голову надуманными страхами, благо у неё и без того забот хватает. Для начала было бы неплохо всё же куда-нибудь спрятаться. Где можно будет присесть и размять разболевшиеся ноги. Поморщившись от вонзающихся в мышцы судорог, Генриетта потихоньку пошла на подмигивающие в ночи огоньки. Прямо напротив неё, по другую сторону дороги, возвышалось нечто огромное, заслоняющее собой полнеба.
Глава 24
Перейдя пустынную в столь поздний час проезжую часть, до рези в глазах вглядываясь вдаль, Генриетта внезапно поняла, где именно она очутилась. Её угораздило добежать до улицы Маргариток, на которой располагался Северный Железнодорожный вокзал. Собственно, огромное здание вокзала и вырисовалось перед ней. Просто она оказалась с чёрного входа, этим и объяснялась царящая здесь тишина и полумрак, с трудом разгоняемый несколькими газовыми рожками. Приблизившись к громадному, скрытому темнотой зданию, Генриетта замедлила шаг. Стоп, вряд ли кому из местной обслуги придётся по нраву её присутствие. Девушка не понаслышке знала, что на железнодорожных станциях строго следили, чтобы никто из низов общества и на пушечный выстрел не приближался к перронам. К сожалению, к низам общества помимо нищих, цыган, напёрсточников и алкашей причисляли и ночных бабочек. А в Генриетте любой здешний охранник без труда опознает проститутку. Значит… значит, к центральному входу она не пойдёт. Но способ забраться внутрь огромного стеклянного купола найдёт. Внутри тепло, сухо и спокойно. Внутри она сможет спрятаться и поспать до утра. Если конечно взбунтовавшийся желудок позволит ей заснуть.