— Любопытно-любопытно…

— Ты мне всё ещё не сказал, почему интересуешься этой особой? — пользуясь отсутствием в столовой миссис Монро (хозяйка дома знала, когда нужно тактично удалиться, чтобы не мешать), Джек набивал карманы леденцами.

— Она не такая как все, что-то в ней меня настораживает.

— Хм, неплохая конфетка… Хотя говорят, что дело своё знает назубок. Или на роток! — Спунер заговорщицки подмигнул. На веснушчатой мальчишеской физиономии не было и тени смущения.

Опустив последние пошлые слова собеседника мимо ушей, Джентри сказал:

— Ты бы завязывал со своими делишками.

— С чего бы это? Я ж должен зарабатывать на хлеб.

— Подрезая чужие кошельки и воруя продукты у неповоротливых лавочников?

— Не менее достойное занятие, чем у сильных мира сего, ворующих в гораздо более крупных размерах, — отрезал Джек. Он обижено нахохлился. — Вчера на площади Набата опять была демонстрация. Рабочие сталелитейных заводов выступили маршем. Поговаривают, что если к их требованиям никто не прислушается, то они устроят забастовку. Представляешь? А где одни, там и другие.

Джейсон с интересом посмотрел на посерьёзневшего мальчишку:

— Не думал, что тебя интересует политика.

— И правильно делал! Эта штука волнует меня не больше чем чирей у старого Мемо. Просто я э-э-э… патриот. А ты полицейский инспектор и по долгу службы обязан поддерживать правительство. Даже если оно, правительство, не право. Это твоя обязанность. Пусть и в ущерб собственному мнению.

— И что ты хочешь этим сказать? — удивился Джейсон.

— Трудно быть патриотом подневольному человеку. А я свободен. Чуешь разницу?

Джентри потеребил пуговицу на жилете, скупо усмехаясь. Котелок у мальчишки варит почище чем у многих констеблей, проработавших в полиции не один год и предпочитающих не задавать вопросов, не относящихся к службе. Люди узкого кругозора, которые даже не задумываются над приказами. Разумеется, беспрекословное подчинение — одно из наидостойнейших качеств любого полицейского, стремящегося подняться по карьерной лестнице вверх. Но ведь человеческого приоритета думать никто не отменял.

— Мы ушли в сторону от темы, Джек. Я говорил тебе завязывать с Дном и перебраться в более приличный район.

— Слушай, иногда ты бываешь невероятным занудой! — с отвращением фыркнул Спунер, нахлобучивая на голову лётную кепку. — Ещё скажи устроиться в работный дом или попроситься в приют для беспризорников! Я сам по себе и мне нравится моя жизнь. Другой мне и не надо!

— Ты ещё слишком юн, и только по этой причине на тебя мало обращают внимания. Но стоит тебе подрасти, и многое изменится. Джек, помогая мне, ты ставишь под удар себя. Разве ты не понимаешь, что с тобой может произойти, если в дальнейшем ты по-прежнему будешь работать со мной? Знаешь, как называют полицейских осведомителей на Дне?