Собрать же вместе в одной точке внушительную группку для акцентированного удара крылатым тварям активно мешали многочисленные стрелки внизу. Причем наиболее массовые их представители: автоматчики, играли далеко не первую скрипку в этом многоствольном «оркестре». Главной разрушительной силой, мешающей крылатым рухам сгруппироваться для пронзающего купол удара, являлись разумеется крупнокалиберные зенитные пулеметы, которых по периметру крыши, в укрытых толстой решеткой защитных клетках, располагалось почти три десятка. А точнее ровно двадцать восемь здоровенных спаренных стволов (по семь огневых точек у каждого края квадратной крыши) непрерывными очередями выкашивали порядки беснующихся над куполом тварей. Места за зенитными пулеметами на крыше заняли, разумеется, опытные стрелки-пулеметчики с антигравов. И направленные их умелыми руками здоровенные, как мини снаряды, пули с нескольких попаданий насквозь прошивали даже толстенные подбрюшья гэц-пожирателей. Отчего смертельно раненые огромные туши то здесь, то там рушились на купол, испепеляясь в высоковольтном разряде, и просачиваясь сквозь энерго-барьер вниз лишь облаком безобидного пепла. Многочисленные автоматчики же в траншеях выцеливали за тушами парящих внизу гэц-пожирателей (хитиновая броня которых оказалась неуязвимой из «рогачей») их юрких поводырей керх-летунов, попасть по которым было разумеется ой как непросто, зато хитиновый доспех стерекозоподобных вдребезги разлетался под автоматными пулями с первого попадания. А поскольку автоматчиков внизу было около трех сотен, падения подстреленных какими-то везунчиками керх-летунов происходили немногим реже стабильно сбиваемых пулеметчиками гэц-пожирателей.
И все же, несмотря на непрерывный яростный отстрел крылатых рухов снизу, прорывы энерго-барьера порой случались. Но нам с Алонсо пока что везло…
— Угу, — остановившись на новом месте, я снова попытался зацепить пулей юркую стрекозоподобную тварь. Но снова, увы, промазал, переведя пули на непробиваемую броню очередного гэц-пожирателя.
— О! Кажись, попал! — похвалился с противоположного края везунчик-Алонсо. — Точняк попал! Командир, гля, как полетела родимая…
Обернувшись, я успел увидеть последний метр свободного падения провалившейся между тушами массивных охранников гигантской «стрекозы». На подлете к защитному куполу по керх-летуну, ожидаемо, ударила встречная молния, мгновенно испепеляя тушу руха до обгорелых ошметков хитина и черного облачка праха.
— Красавчик! Так держать! — похвалил я товарища, возобновляя движение по траншее.