К сожалению, мне не удалось убедить опытного разведчика присоединиться к нам. Тем более, ему во что бы то ни стало нужно было предупредить других отщепенцев о нависшей угрозе. А чтобы никому больше не взбрело в голову искать нас на севере, я попросил его рассказать, что всех кроме него убили людоеды. Льду идея не особо понравилась, но он признал, что за ним остался должок, и пообещал соврать.

Застава святош стояла здесь не просто так.

К долине Окрана отсюда можно добраться всего за полдня. Там расположено несколько укреплённых ферм, замыкающих сплошное кольцо обороны. Вместо обычных рабочих там используется бесплатный труд «очернённых». Следом идут вполне мирные поселения, уже не способные дать отпор врагу. Но попасть к ним можно лишь миновав заставу и прочие укрепления. Окружающие долину горы представляют собой сплошной непроходимый частокол. Без альпинистского оборудования там не пробраться, так что с этих сторон население надёжно прикрыто.

Пару раз нам попадались следы патрулей на песке, но окраниты старались не забредать далеко на север. И я прекрасно понимал, почему.

Вынужденный крюк забрал у нас лишние сутки, но это была честная плата за спокойствие. Нам только с хорошо вооружённым и обученным отрядом столкнуться не хватало. Плохо то, что из-за песчаной почвы крупные деревья здесь почти не росли, уступив место меньшим собратьям и кустарникам. Чтобы не мелькать на виду, приходилось постоянно петлять по всяким оврагам и впадинам. А иногда и вовсе ползти на четвереньках.

Двигались мы неторопливо, тщательно осматривая местность. Двойка чаще всего двигалась впереди в качестве разведчицы, и при намёке на малейшую опасность она возвращалась к нам и корректировала маршрут. Следы дикарей встречались постоянно, но свежих среди них было не так уж и много.

Зато мелких ручьёв здесь оказалось в изобилии. Все они стремились к далёкому морю, но Сторк предупредил, что лучше из них не пить. Дело в том, что фермеры скидывают туда отходы производства — от дохлых рабов до всяких удобрений. Поэтому водичка может быть смертельно ядовита. Настолько, что и регенерация распишется в собственном бессилии. Некоторые сильнодействующие яды и токсины выводятся из организма лишь опытными лекарями при соответствующем оборудовании. В полевых условиях исход один — мучительная смерть.

К вечеру следующего дня ручьи измельчали, и снова пошли овраги и пологие сопки, поросшие редким лесом. Местность стала заметно прибавлять в высоте над уровнем моря, а в некоторых особо топких местах стали попадаться заросли одичавшего тростника. Двойка срубила несколько молодых растений на пробу, и мы все с удовольствием полакомились сладкой сердцевиной. Сама она в пищу не годилась, зато сок при жевании напоминал сущий нектар. Я уже и забыл, какой сахар бывает на вкус.