Ставлю вторую руку на то, что ворота взорвали. После чего толпа каннибалов ворвалась внутрь, почти не встречая сопротивления. Местные наверняка были в шоке, что их укрепления пали за мгновение. Да и сам взрыв наверняка наделал много шума. Если уж матёрые наёмники испугались простой хлопушки, чего уж говорить о местных.
Уверен, что так и было. Горючие боеприпасы людоеды продемонстрировали во время штурма крепости, так почему им не иметь при себе и что-то посерьёзнее? Тротиловую шашку, например…
Куда важнее, откуда у тупых дикарей взялось это всё добро, не считая обычного оружия и доспехов? И ответ напрашивается сам собой. Оттуда же, откуда и бессмертные солдаты в их рядах.
О порохе в этом мире давно уже никто не слышал, но кое-кто с ним потихонечку работает. И заодно спонсирует дикие племена, чтобы они теснили неугодных по всей северной части материка. А ведь раньше они такой угрозы не представляли — жили себе обособленными племенами и чаще всего грызлись между собой. Угроза от них была минимальной. Но теперь, похоже, их объединили в одну кровожадную орду. Которая сметает одно человеческое убежище за другим.
— Нужно убираться отсюда, — проронил я уже на ходу.
— Так мы уже всё, — усмехнулась Двойка, указав на оставшийся позади частокол. — Считай, что ушли.
— Нет, не из деревни, — покачал я головой. — А с севера вообще. И чем дальше, тем лучше.
Глава 18
Север производил воистину гнетущее впечатление.
Почва вроде бы плодородная — куча разной растительности, да и с влажностью особых проблем не наблюдается. Но при этом даже в густых рощах категорически не водилась живность, кроме самых мелких насекомых. Максимум, что нам удалось найти, это старые обглоданные костяки. В реках отсутствовала рыба, а птицы если и проносились в небе, то исключительно на большой высоте.
Весь край был погружён в мёртвую тишину.
В Запретных лесах, где обитали отщепенцы, хотя бы стрекотали птахи, а здесь они вели себя как можно незаметнее. Всеобщее молчание действовало на нервы, заставляя без причины оглядываться. Даже друг с другом мы невольно переговаривались шёпотом, и старались не производить лишних звуков. Никаких костров на привалах — ели холодную еду и запивали её сырой водой, что набирали в ручьях.
Через пару дней почва стала почти полностью песчаной, а с некоторых сопок стало виднеться искрящееся вдали море. Нам пришлось к нему опасно приблизиться, обходя крупную заставу Святой нации, что контролировала подходы к долине Окрана. Про неё нас предупредил Лёд перед расставанием, так что стоило ей появиться на спутниковом снимке, как я развернул отряд прочь.