— Они могут этого не знать, — флегматично возразил тощий.

Волков откашлялся.

— Тимофей, — толстяк благодушно осклабился. — Сколько лет, сколько зим.

— Мы вчера виделись, — хмыкнул куратор. — Не сильно отвлёк?

— Есть немного, — в голосе тощего хмыря послышалось раздражение. — А что случилось-то?

Взгляд толстяка прилип к деревянному контейнеру в моих руках.

— Новенького привёл, — следователь кивнул в мою сторону. — Выделите ему тут местечко. Пусть обживается.

— Он же пацан ещё, — опешил толстяк.

А вот худой оказался более сообразительным.

— Постой, Ярик. Это наш эмиссар. Завербованный.

Мужики переглянулись.

— Оставляю на ваше попечение, — Волков незаметно переместился к двери. — Долго не мурыжить. Ему на занятия утром.

— Добро, — хмыкнул толстяк.

Дверь за куратором закрылась.

Несколько секунд мы изучали друг друга. Толстяк полностью игнорировал дресс-код, предпочитая простую и удобную одежду. Потёртые джинсы, голубая рубашка, вязаная жилетка ромбиком. Мужику было основательно за сорок, лысину он даже не пытался скрыть. Просто брился под ноль. И носил круглые очки в серебряной оправе. Тощий оперативник, напротив, производил впечатление педанта, уделяющего своей внешности пристальное внимание. Идеально отглаженные брюки со стрелками, белая рубашка, жилетка от костюма-тройки. Пиджак висел на ближайшем стуле. А на тумбочке в углу закипал электрочайник.

— Кофе будешь? — спросил толстяк. И зачем-то уточнил: — Растворимый.

— Не откажусь, — улыбнулся я.

Кабинет был старым и тесным, рассчитанным на четверых сотрудников. Два стола пустовали, на третьем были навалены бумаги, а четвёртый представлял собой образец упорядоченности. Чистота, отсутствие пыли, все вещи на своих местах.

— Давай знакомиться, — толстяк, которого называли Яриком, забил болт на разгоревшийся спор и полез в шкаф за кружками.

— Виктор Корсаков, — представился я. — Учусь в Академии Магикум.

— Ты нам про Академию не заливай, — выдал тощий. — Мы знаем, что ты вселенец. Весь Отдел уже в курсе.

— Одно другому не мешает, — хохотнул Ярик. — Этот упырь с человеческим лицом, Витенька, зовётся Романом Протасовым. Оперуполномоченный по клановой преступности. А я — простой консультант из низов. Ярослав Грызло.

Держусь, чтобы не заржать.

— Смейся уже, — разрешил толстяк. — С фамилией мне не повезло, брат.

Хмыкнув, я пересёк комнату и остановился у широкого окна. Наш кабинет располагался в угловой части здания, так что я видел кусок проспекта и двор с припаркованными машинами.

— Вон твоё место, — сказал Протасов. — Справа от окна.

Я двинулся в указанном направлении.