– Ты…ты…ты что сделал?!
– Хотел яичницу поджарить. Рука соскользнула.
– Соскользнула на его лоб?
– Ну, да.
– Капец! – Катя наклоняется и начинает трогать лоб этой псины. Вот уж на то, что она будет его трогать, я как-то не рассчитывал.
– Не трогай его. Он блохастый, – смотрит на меня так, словно только мой рот херню выдает. От нее же и набрался.
– Ты совсем дурак?
– Признаться, после встречи с тобой, я резко отупел, но в целом поумнее некоторых.
– Прекрати! Совсем его не жалко? – а должно?
– Жалко. Компот. Я его впервые сварил. Лишился компотной девственности и на тебе, эта падлюка целую чашку пролил. Ну ладно, в кастрюле остался еще.
– Ты, блин, серьезно? Ты его убил!
– Кать, давай по-честному. Ты за что больше переживаешь? За то, что осколки придется собирать, пол вытирать и мебель от компота или за то, что я его типа грохнул?
– За то, что в моей квартире труп, – не скрывая сарказма выдает язва.
– Ой, да не переживай. Я его заверну в твой убогенький ковер, который лежит в гостиной. Как раз избавимся от него, ибо он нарушает чувство моего прекрасного. Потом отнесу эту псину в машину и скину в какой-нибудь лес.
– Хватит! – действительно хватит его трогать. – Он, слава Богу, живой. Пульс точно есть.
– Несчастье-то какое, ковер просто так не выбросить.
– Идиот.
Ну, тут не поспоришь. Такую дичь я не творил даже в юности. Разве что по пьяни. И то, после появления в моей жизни Кати. По логике – надо убрать источник моей дурости и неконтролируемых поступков. Но с логикой я сейчас дружить не хочу. А вот Катю, да – хочу. Даже сейчас несмотря на то, что эта псина валяется у наших ног и на Катину простуду.
– Это ты во всем виновата, – сам не понимаю, как из меня это вырывается.
– Я?
– А кто согласился пойти с ним на стендап? Кто ходит с ним по выставкам и играет намеренно на моих нервах?
– Ни на чем я не играю. Ты вообще ничего не понимаешь.
– Да уж, куда мне до тебя.
– Как ты вообще оказался в моей квартире?
– С помощью ног и рук, Катенька.
– Но ты ушел. Я слышала.
– Ушел, после осмотра твоего холодильника. Пошел за продуктами, чтобы сварить тебе суп и компот.
– Бред какой-то, – и тут тоже не поспоришь. Я творю дичь. Суп и компот. Это что вообще такое? – А как Игнат здесь оказался, исключая руки и ноги?
– А разве не ты собиралась с ним на стендап? Вот и пришел к тебе. Правда, почему-то не захотел свалить с порога при виде меня. Видимо, ему настолько пригорает тебе присунуть, что забыл, что он интеллигентный с виду пес, а не шавка подзаборная.
– То ли дело вы, да, Кирилл Владимир? Вообще не желаете этого.