— Знаешь, Вань, они не только на окраинах… Скажем, еще и на Хитровке… И на Сухаревке, а это, считай, у нас! Правда, тут их не так много, все-таки милиция гоняет… А надо бы — в детский дом! В коммуну! Именно так скоро и будет. Справимся!

— Хм… Хитровка…

Бельмо на глазу любой власти, Хитровская площадь располагалась ближе к центру, и чисто географически вовсе не являлась окраиной. Однако, её воспринимали именно так — как пограничную, «окраинную» зону для разного рода маргиналов. Именно там во множестве располагались дешёвые ночлежки, куда стекались безработные, бывшие фронтовики, уголовники и те же беспризорные. Район давно стал центром чёрного рынка: на Хитровке сбывали краденое, там же, в «малинах», встречались скупщики и организаторы налётов. Власти с ситуацией не справившись, склоняясь к тому, чтобы вообще прикрыть к чертям собачьим тамошний рынок и переделать ночлежки в жилтоварищества.

Сухаревка тоже выглядела ничуть не лучше. Там можно было достать все: от дефицита и ювелирки до фальшивых ксив, накладных и оружия. И вела к Сухзаревской площади как раз Сретенка, так что злачное место было у Петровых, можно сказать, под боком!

* * *

На следующий день Петров встретился с Валдисом Ивановым. Довольно неожиданно и при весьма неожиданных обстоятельствах — на первом заседании Комиссии по улучшению жизни детей.

Председательствовал Дзержинский. В образных выражениях расписав ужасы беспризорной жизни, Железный Феликс перешел к весьма конкретным предложениям:

— Во-первых, товарищи — выявление и учет беспризорного элемента. Особое внимание стоит уделить вокзалам, поездам, улицам крупных городов. Изымать оттуда беспризорных детей и доставлять их в приемно-распределительные пункты. Ну, а во- вторых…

Тут Феликс Эдмундович лукаво прищурился и потеребил бородку:

— А что во-вторых, в-третьих, в-четвертых — вы, товарищи, подскажете мне сейчас сами! Вот, к примеру, вы, товарищ Петров! Что-то вы там шептали на ухо товарищу Иванову из ВЧК. Наверное, что-то очень интересное.

— Что ж… — пожав плечами, Иван Павлович поднялся на ноги. — Следующим шагом, я полагаю, станет медицинская помощь и санобработка! Прежде чем детей куда-то отправлять, мы их должны осмотреть, вылечить, если нужно. В общем, привести в полный порядок. Тот же педикулез, скажем…

— Молодец, Иван Павлович, — одобрительно покивал Дзержинский. — Весьма дельные предложения. Прошу высказываться дальше. Смелее, товарищи, смелее!

Представитель Наркомфина — сильно пожилой, с пышными бакенбардами, дядечка еще с прежних времен — предложил немедленно начать сбор средств и ресурсов: