— Нет, — сказал он. — Ничего срочного. Я зайду в другой раз.
Он спустился по лестнице, вышел на улицу и зашагал по мокрой мостовой, чувствуя, как усталость наваливается на плечи.
«Ничего, — подумал Иван Павлович. — Приду завтра. Главное, что профессор согласился помочь. Остальное — дело времени».
* * *
До дома Иван Павлович решил прогуляться пешком — захотелось проветрить мысли. Слишком много всего жуткого сегодня нагляделся. Надо успокоиться, пройтись.
Он шёл по мокрым, пустынным улицам, не замечая ни людей, ни машин, ни весенней грязи под ногами. Перед глазами стояло лицо мальчика — бледное, застывшее. Не заметил, как дошел до нужной улицы.
А вот и дом. В подъезде было пусто, только где-то на верхних этажах хлопнула дверь. Иван Павлович поднялся по лестнице, достал ключ, вставил в замок… и остановился.
Замок не был заперт.
Иван Павлович замер. Он отчётливо помнил, как закрывал дверь утром, когда уходил. Он всегда запирал её — привычка, выработанная ещё в те времена, когда в городе было неспокойно. Дверь была заперта. Он был в этом уверен.
Но сейчас она была открыта.
Он толкнул дверь. Она бесшумно отворилась, и он шагнул в прихожую. Слишком тихо.
— Анна? — позвал он, снимая пальто. — Аннушка, я вернулся. Почему дверь открыта? Мы же договорились запирать.
Тишина.
Он прошёл в коридор, заглянул в кухню. Пусто. На столе стояла остывшая кружка с чаем, рядом лежала ложка. Тарелка с недоеденными блинами. На стуле висел халат Анны. Простыня на диване была сбита — будто кто-то сидел или лежал недавно.
Сердце его пропустило удар.
— Анна! — крикнул он громче. Он прошёл в комнату, где стояла колыбель.
Колыбель была пуста.
Глава 4
Господи, Анна! И где она могла быть? Тем более — с маленькой Лилией! Может быть, соседи в курсе? С ним ведь тоже насчет замка договаривались. Чтоб всегда закрывали.
Соседи… Как-то они не очень радовались за семейство Петровых, после того, как тем отдали комнату подавшегося в бега Коклюшкина. Каждый ведь примерял на себя — лишняя жилплощадь не помешала бы любому. Тем более, такой случай… Разве что Березкину было все равно, да безобиднейшему старорежимному старичку Владимиру Серафимовичу. Та же София Витольдовна, вон, до сих пор здоровается, губы поджав, будто бы нехотя! Она ведь тоже рассчитывала. Впрочем, квартирный вопрос не только одних москвичей испортил.
Спросить, да!
Выскочив в коридор, Иван Павлович бросился по комнатам, постучал…
Увы, ответа не было. Ну, так и понятно — вечер, но еще не поздно, да и погода хорошая. Мельниковы на работе, Березкин раньше полуночи не явится, Софья Витольдовна, наверняка, шаталась по лавкам, а Владимир Серафимович просто вышел пройтись, как он всегда и делал. Так что, спросить не у кого!