По его глазам я понял — он доволен новой должностью.

Еще бы. Неделю назад я был жирным Искателем. А теперь я Жир Жирыч по прозвищу Фараон или же Лепрекон. Важная шишка. Уважаемый человек, не боящийся действовать с размахом. Тут все ошибались — я жутко боялся. Аж коленки тряслись вечерами, и просыпался я с криком в холодном поту. Но про то ведала только Леся, что потом крепко обнимала меня и долго ворковала на ухо ласковые успокаивающие слова.

Рев локомотива. Вся конструкция дернулась. Рывок повторился. Вагон качнулся, что-то где-то жутко противно заскрипело, застонало, задрожал пол, вибрацией ударяя по пяткам. А затем мы качнулись вперед, шум взревевшего двигателя перекрыл гомон толпы, и мы тронулись с места.

— Пошел, родимый, пошел! — радостно зашептал Туффи, крепко стискивая подлокотник кресла.

Я молчал. И сохранял молчание до тех пор, пока чудовищный мастодонт не сумел развернуться, выехать на улицу и двинуться к противоположной окраине в сторону океана.

— Едем, — пробормотал я, утирая мокрый лоб. — Едем, мать его! Едем!

— Едем! — поддержали меня и остальные искатели.

Кто-то восторженно заколотил в крышу вагона — думаю, это эльф. И положа руку на свою жирную грудную клетку готов сознаться — я этот восторг разделял.

Масса!

Чудовищная масса вышла из состояния покоя по нашей воле и тронулась в путь. Вокруг сплошной металл. Это вам не на слепленной из чего попало таратайке рассекать по пустошам и надеяться, что машина не развалится на следующей кочке.

Поезд!

Локомотив!

Мы выкопали из земли древний заброшенный газотурбовоз родом из мира, куда пришел ядерный апокалипсис. И мы поставили его на колеса. Это потребовало чудовищных усилий многих поселенцев. А лично от меня — кучу ресурсов, обязательств на будущее и миллиард сожженных нервных клеток. Хорошо, что я лишь цифровое воплощение — иначе у меня случился бы от напряжения инсульт или инфаркт.

Локомотив к тому же необычный. Гоблины-компьютерщики сейчас вовсю стучали по клавишам и просеивали сквозь сито поиска гигабайты информации с найденных рабочих хардов, флешек, дисков и прочих накопителей информации. Пока что мы сумели определить, что доставший нам железный скакун сильно похож на существовавший в реальном мире газотурбовоз Dash 9. Но именно что «похож». Обводы корпуса вроде почти те же, но двигатели иные. И наш подлиннее. На метр. Ровно двадцать три метра в длину. Махина.

Сидя в кресле у окна, я поймал себя на мысли, что начинаю воспринимать сам Ковчег как красочный сон. Сижу, мол, себе у окошка настоящего поезда, смотрю на мелькающую мимо местность и не заметил, как задремал. Вот и снится мне некий виртуальный яркий мир, где я играю какую-то значимую роль, а не являюсь жирным фрилансером, почти не покидающим собственную квартиру. Ковчег — это сон… Опасные мысли. Очень опасные. Встав, я шагнул обратно к двери, не забыв забрать пожитки со стола. Пора мне окинуть опытным взором окрестности….