Закат вновь разбудил его, когда теплые лучи скользнули по глазам. Сухие цветы, которые ветер волок по площади, ловили теплый свет ссохшимися лепестками. В этом свете неподалеку от него застыл серый лис. Его шерстка мягко подсвечивалась со спины, создавая вокруг него ореол оранжевого света, и этим он напомнил Шену Ала в тот день, когда тот попросил сделать его личным учеником. Это казалось таким далеким… Как настоящий Шен смог продержаться двадцать лет? Этот Шен чувствовал себя стариком, что не заметил, как пришла старость: время внезапно остановилось, все, что можно было пережить, он уже пережил, и впереди ничего нет.

— Я здесь ожидаю, что ты выполнишь обещание, — произнес серый лис.

— Какое обещание? — не понял тот.

— Ты обещал, что отведешь меня в место, где жила моя хозяйка, когда все закончится.

— А все закончилось?

— Очевидно — да.

Шен вспомнил, как обещал это. Какой он был самоуверенный в тот момент. Несмотря на все, что сделал Админ и чем угрожал, ему казалось, что он со всем справится. Ему следовало помнить, что еще раньше, чем он стал угрожать его жизни, Админ угрожал, что заберет у него всех, кто ему дорог. Ал был первым, тогда, на собрании. Но Ал — главный герой, он не мог бы погибнуть, и Админ это знал. С Муаном было куда проще.

Шен против воли посмотрел на старейшину пика Славы. Тот с прямой спиной сидел на лавочке, сложив на коленях руки и уставившись на далекий закат.

Переведя взгляд на серого лиса, Шен произнес:

— Хорошо. Не будем с этим медлить.

Ему просто хотелось поскорее избавиться от лишних глаз.

— Идем за мной, — произнес Шен и направился к черному замку.

У порога он помедлил. Это было впервые с тех пор, как вернулся, когда он вновь заходит сюда. Повсюду здесь воспоминания, которых он не хотел бы касаться.

Шен переступил порог и оказался в просторном полутемном холле. Вспомнилась та их ссора, когда Ми Лу заманила его в ловушку из-за черной пилюли. Интересно, если бы тогда он захотел разорвать связь, сейчас Муан был бы жив?

Смог бы он прожить долгую и счастливую жизнь, если бы не увяз в ядовитом болоте по имени «Шен»?

Муан верил в судьбу. И если все это в самом деле судьба, то Шену не в чем себя винить, не так ли?

Но Шен в судьбу не верил. Он мог легко представить, что, не свяжись Муан с ним, когда-нибудь он нашел бы куда более достойного его любви человека.

— Хозяин Шен? — позвал дух.

Шен смотрел на Муана, неизменно следующего за ним и сейчас остановившегося посреди холла.

— Я правда винил тебя, — произнес он, впервые за долгое время обратившись к прославленному мечнику. — За то, что ты попался. За то, что ты… у… умер, — это слово далось с трудом. — Это все из-за злости. Надеюсь, ты понимаешь…