Подхватив стул, он решительно пошел к зеркалу и уже замахнулся, но в последний момент помедлил.

— Так я… э-э… бью?

— Давай! — подтолкнула Эра.

Кивнув, Ер вновь размахнулся, но на сей раз остановился из-за того, что внезапно погас свет. Общий зал погрузился в туманные сумерки, но из-за столь резкого перехода казалось, будто настала глубокая ночь. Ер поморгал, пытаясь привыкнуть к новому освещению.

В стены ударил резкий порыв ветра, холодный поток воздуха окутал стоящих у зеркала людей. В следующее мгновение со стороны лестницы послышался подозрительный стук. Словно множество мелких деревяшек падало по ступенькам.

Зрение как раз привыкло к полумраку, чтобы выхватить из него мелкие темные силуэты, беспорядочно скользящие вниз по лестнице, стелящиеся по полу, а в следующее мгновение — прыгающие прямо на них.

Ю Си увернулся от одной из теней, метящей ему в лицо, и выхватил меч, в лезвие которого сходу врезалась еще одна штуковина. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что он сражается с деревянными куклами.

Ер завопил и стал отбиваться стулом, Ал Луар пронзил одну из кукол мечом и теперь пытался стряхнуть ее с клинка, а Муан Эра с громким возгласом пыталась сорвать с головы куклу, вцепившуюся ей в волосы.

Несмотря на то, что противник был мелок, он никак не хотел останавливаться, что бы они ни делали: хоть перерубали на части, хоть кидали об пол или стены.

— Хорошо-хорошо! — внезапно завопил Ер и бросил оземь стул, которым отбивался. — Мы не будем разбивать зеркало!!

И сразу после этого крика все резко стихло. Муан Эра перевела дыхание и с достоинством поправила прическу. Ал наконец сбросил деревяшку с меча.

Во всеобщей тишине и полумраке с тихим скрипом открылась входная дверь и внутрь вошла высокая фигура в свободных одеждах. Вокруг нее летал крупный белый шар, светящийся в полумраке и вместе с тем не дающий света.

Словно спектакль окончился: в зале вновь вспыхнули фонари. Человек у входа резко задрал голову, рассматривая, откуда столь внезапно появился свет.

Первым его узнал Ал. Он бросился вперед, но в двух шагах перед ним замер, потрясенно рассматривая испачканную одежду. Не было бы преувеличением сказать, что он был весь в крови! Подол и рукава образовывали сплошной красный, лишь по случайности кое-где пробивался первоначальный серо-серебристый цвет одежд пика Черного лотоса. Его появление здесь в таком виде казалось настолько лишенным смысла, что Ал неуверенно спросил:

— Шен? Это правда ты?

Тот окинул его придирчивым взглядом, будто проверяя на наличие ранений, затем перевел взгляд на остальных и, казалось, вздохнул с облегчением.