Заманчиво, конечно, получить восполняемый источник силы, по запасу сопоставимый с рангом мастера, но вот над способом ещё предстоит поработать. Гоняться по округе за самыми опасными демонами, чтобы силком выкачать из них энергию… Больно уж попахивает форменным безумием.

— «Орус сказал, что всё это было организовано руками ковена? Почему ты не почувствовал его младших слуг?»

— «Возможно, потому что у них не было печатей. Какое мне дело до этих мелких сошек, если их господин ни разу не обращал на них свой взор? Лишьего след я могу почувствовать.»

Тут Бес может быть прав. Орден наверняка умеет определять прислужников Отрёкшегося, и вряд ли организаторы этой диверсии не учитывали такой риск в своей подготовке.

— «Откуда вообще эта связь между тобой и этим тёмным полубогом, которого боится и ненавидит весь цивилизованный мир? И ты, кстати, тоже.»

— «Я просто хорошо помню, как пахнет его сила. И даже простые воспоминания будто разъедают меня вновь.»

— «Что ты знаешь про этого демона, Багрового ужаса? Мне показалось, но в своём предсмертном хрипе обращался он не ко мне.»

— «Я не уверен. Мне нужно чуть больше времени. Возможно, когда мы окажемся ближе ко входу в Бездну, я смогу дать ответ.»

— «Совсем скоро у нас будет такая возможность.»

— «И мы должны ей воспользоваться.»

В Угрюмую мы въезжали в смешанных чувствах. С одной стороны, я был рад, что её восстановили и отремонтировали, ведь среди обновлённых декораций меньше было того, что напоминало нам о захлестнувшем крепость штурме и нашем не самом доблестном из неё отступлении. С другой стороны, и люди в крепости тоже были новые. Все до единого. По той простой причине, что в устроенной демонами мясорубке вряд ли уцелел хоть кто-то. А ведь и среди её защитников хватало хороших людей, бездарно отдавших свои жизни из-за чьей-то алчности.

— Кто такие? — как-то очень уж запоздало поинтересовался подбежавший к нам десятник караула. При чём спрашивал он не у нас самих, а у тех своих подчинённых, которые только что проверили наши бумаги.

— Наёмники, командир, — ответил совсем молодой парень, наверное, и копьё-то взявший в руки лишь в этом году.

— Какие нахер наёмники⁈ — переменился в лице его начальник.

— Но у них бумаги…

— Да пусть подотрутся своими бумагами! У нас важный гость в крепости, а ты на порог всякую шваль впускаешь! Если они тебе или этому барыге коменданту денег за постой дали, то верни и гони взашей! Под стенами пускай ночуют.

— Но там же…

— Ну так молиться надо усерднее, и не схарчат, может быть. А там, глядишь, и до деревни доберутся.