Он был там. Видел всё своими глазами. Но никому об этом никогда не говорил.
Что ж, кажется, Бес был прав. Зайдя так далеко, командор Ордена перестал бояться скверны, ибо Бездна уже не видит в нём чужака. А ещё он смог войти в храм.
— Я ничего больше не узнал, — ответил я. — Остальное господин Протерус сможет выяснить самостоятельно. Я составлю подробную карту и передам ему. Возможно, он лично захочет изучить это место.
— Думаю, будет лучше, если выяснится, что вы ничего там не нашли, — вдруг огорошил меня Люциус. — Ориентиры оказались ложными и привели вас в ловушку, из-за которой вы потеряли слишком много времени. Так много, что для одного из вас процесс уже стал необратим.
Я активировал «щиты», разогнался «приливом» и был готов подороже продать свою жизнь. Но бой вышел скоротечным. Двое рыцарей напали одновременно, отсекая все пути для отступления. В несколько ударов они лишили меня защиты, а мои выпады просто проигнорировали, позволяя их артефактной броне принять урон на себя. «Вспышка» оказалась неожиданностью для обоих противников, но вот подействовала только на Креста. Тот на секунду зажмурился, потеряв меня из поля зрения. Люциус же, хоть и прикрыл глаза, но будто бы и не заметил временной потери одного из органов чувств. Он всё также уверенно продолжал меня теснить, и объяснить тот факт, что я ещё жив, я мог лишь тем, что он хочет взять меня живым.
В итоге мы ударили одновременно. Его меч, не заметив сопротивление моего защитного артефакта, пронзил мне ключицу, взорвавшись в этом месте острой болью, а мой «бич скверны» обжог его броню в районе шеи и лишь самым своим концом всё же достал до открытого участка плоти. С каким-то обречённым удовлетворением я видел, как кожу на щеке Люциуса прожгло насквозь, оголив прячущиеся за ней зубы. Впрочем, времени на любование мне не оставили, меч капитана пронзил меня со спины, сделав симметричное отверстие, а удар по голове лишил последних сил на сопротивление.
Уже затухающим сознанием я успел уловить последний приказ командора:
— Обработайте его раны алхимией. Мы должны доставить его живым. И поторапливайтесь, времени почти не осталось.
Глава 19
Пробуждение было полно боли. Настолько, что страшно захотелось попросить кого-то ещё раз стукнуть по уже однажды пострадавшей голове, чтобы вновь нырнуть в спасительное забытье. Но всё же я нашёл в себе силы, чтобы, наоборот, шаг за шагом разгонять этот заволакивающий разум туман. Наконец, я открыл глаза, чтобы осмотреться.
Больше всего это походило на клетку. Самую обычную, с грубыми металлическими прутьями и широкой дверцей с навесным замком. Вроде я даже видел такую. Их устанавливали в аванпостах, чтобы удерживать подраненных тварей, прежде чем алхимик примется извлекать из них всё ценное. Так сказать, ради свежести продукта. Выходит, таким продуктом теперь стал я сам?