Вон оно как! Я задумался. Даже в таком краю можно было заработать на той небольшой земле в пойме вокруг Серебряной, что узкой лентой вилась между моими лесами и горами. Мёд — это приличные деньги. Воск для свечей скупает почти подчистую церковь. Сырья здесь у меня немало — надо только распорядиться им как следует, чтобы возить не его, а готовую продукцию, ведь она всегда дороже.

Только надо будет в городском совете, насколько я понимаю — заплатить за право торговли. В городах просто так забесплатно нельзя ставить лавочки на рынке — это прямой ущерб и конкуренция для купеческих гильдий и городских цехов. У предыдущего барона не было времени или желания, чтобы строить здесь канатовязальню, а старосте оно, похоже, и не надо было — у беглеца в городе было всё схвачено… Кроме…

— Погоди, Берт, а разбойники? — изобразил я удивление, — Разве они не должны были грабить повозки старосты?

— Должны, — кивнул Берт.

— А как тогда их пропускали?

— Так староста с ними договорился, — пожал плечами крестьянин.

— Как договорился? — удивился я.

Берт неожиданно испугался. Он вжал голову в плечи, понимая, что сболтнул лишнего.

— Говори! — потребовал Хенрик и стукнул кулаком по столу.

— Да я не знаю — как он это провернул, господин! — запричитал мужик.

— Погоди, Хенрик, — мягко осадил я оруженосца, хотя его неожиданная «партия» в этом спектакле была как нельзя вовремя, — Послушай, Берт, моё слово железно, никто не узнает о том, что ты нам рассказал.

— Никто, — коротко подтвердил Свят, сверля взглядом крестьянина.

А я добавил:

— Мне хочется, чтобы люди здесь жили да богатели. Потому что тогда и я буду богатеть. А тех, кто мне в этом поможет — я не забуду! Расскажи мне про старосту.

— Не могу, милорд, — совсем струхнул мужик.

— А он не про старосту боится говорить, — догадался капитан, — Ведь так?

Берт молча опустил глаза.

— Про сержанта, — смекнул я, — Понятно. Боишься, Берт, что солдаты к тебе придут?

Крестьянин кивнул. А я постарался его успокоить:

— Ну теперь гарнизоном управляет мой человек. А сержант — его подчинённый. И если что-то с тобой случится — виновные будут наказаны. Да и не посмеют тебя тронуть.

Берт мял шапку в руках. Я его понимал — страшится, что мои люди просто не успеют, если с ним кто-то захочет свести счёты.

— А что же, Берт, если бы у тебя появилась собственная телега и волы в пользование, легче бы тебе стало? — перевёл я тему.

От этих слов мужик даже вздрогнул:

— Это как?

— Мне нужен возница на работы. Возить то, что я скажу, и притом за плату. Если будет свободное время — ты сможешь гонять волов на перевозку леса. Телега будет за тобой.