Ну да, горцы были язычники, в отличие от имперцев. Такие браки здесь были не в чести. Вообще, копаясь в воспоминаниях Владислава, я понял, что религия в этом мире внешне похожа на то, что было в моём. В империи и соседних землях верили в Создателя, что сотворил всё живое, а летоисчисление вели от рождения Искупителя. Здесь даже были свои рыцари веры, присягавшие церкви, а рыцарские шпоры им при посвящении вручали архиепископы.

— А где живёт Мирче?

— Его дом третий от реки. Большой, хороший, не ошибётесь, вокруг него подобных нет. Лучше только у старосты. У Мышслава будет похуже, — ответил Берт, — Но сейчас, пока лето Мирче почти всё время проводит во времянке на лесоповале.

— Понятно, — кивнул я, — И что лесорубы? Хорошо живут?

— Кто как, но большинство побогаче остальных будут. Работа у них тяжёлая, но и самая хлебная. Лес они везут до реки Эст-Дол, а там сдают на сплав. Возят аккурат к баракам, что стоят по вашей земле на том берегу. На этом у сплавщиков есть лагерь и лодки.

Стоп!

Я замер и внимательно посмотрел на Берта. Тот не понял, почему я так гляжу на него, и забегал глазами: мол, что я такого сказал?

— Погоди, что за МОИ ЗЕМЛИ?

— Ну как же, ежели старожилы не брешут, кусок земли у вас есть за Эст-Долом. Но там хозяйничает барон фон Грюнхарт.

— И какова ширина реки в том месте? — спросил Свят.

— Локтей сто — сто-двадцать, может больше.

Локтей сто… то есть где-то шестьдесят-семьдесят метров.

— Погоди, Берт! Хенрик! Неси мою сумку! Там карта…

— Да, милорд…

— Мэва! — я громко позвал служанку и когда девица появилась в комнате, приказал, — Принеси Берту мяса и пива.

— Будет сделано, милорд! — девушка убежала.

Оруженосец затопотал башмаками по скрипучим ступеням на второй этаж в мои покои. А я встал и заходил по залу, заложив, как всегда, руки за спину. На карте, что я получил от канцелярии герцога — никакого кусочка земли за рекой не было, а граница между Грюнхартом и Вальденбургом проходила по реке Эст-Дол. Если он всё же есть, то этот ушлый сосед фон Грюнхарт мало того, что непонятным образом продолжает валить лес на моём берегу, так и поставил бараки сплавщиков на моей земле. Вопрос: почему и кто ему это разрешил?

— Господин барон! Карта…

Хенрик развернул всё передо мной.

— Берт, иди-ка сюда! — подозвал я крестьянина.

— Я не очень разбираюсь в картах, милсдарь, — смущённо признался Берт, — И грамоту не разумею.

— Ничего страшного. Смотри — вот наш Вальденбург, вот «Вороний коготь», вот река Серебряная, долина, вот лес. Вот граница с Грюнхартом по реке, — я заводил пальцем по карте, — Где примерно эти бараки? Если что, вот здесь находятся лесорубы.