Мое предложение подействовало на них, как команда десантироваться. Все трое мгновенно оказались рядом с нами.

— Надеюсь, мы не в трубе, а в родовых путях и вскоре нас ждет второе рождение. — Моя речь должна была прибавить оптимизма спутникам.

Бориса передернуло. Петр скривил лицо, впечатлившись картинками рисуемыми воображением. Только Алекс никак не показал своего отношения. Он посмотрел на небо, потом на надпись над пещерой, после чего произнес:

— Думаю, автор понятия «звездец» находился в подобной ситуации. Будущее без надежды это настоящий звездец.

— С таким настроением, как у вас это точно он и будет. Смотрите на любую проблему, как на урок. — Антош подполз к входу в пещеру и осторожно заглянул внутрь темного прохода. — Темно, как у сатаны в штанах.

— В твоем контексте не могу себе представить змеиного сатану в штанах. — Усмехнулся я, услышав от змея подобное сравнение впервые.

— В оригинале не совсем про штаны, просто воспитание не позволяет мне сказать это вслух.

Шутка немного разрядила напряжение внутри нас. Повиноваться чьей-то воле, не зная её мотивов, непростое занятие. Рассудок так и подсовывал картинки подлого развития событий, к которым я не был готов. Мне думалось, вопреки моим попыткам успокоить остальных, что нас хотят не научить, а проучить как следует. За дерзость, за своеволие, за несоответствие признакам культивируемой породы. Словом все то, за что мы не прощаем домашнюю скотину.

Впервые неизвестность не манила меня, а пугала до дрожи в коленках.

— Отойди, Антош. — Я отстранил змея и сделал шаг в темноту.

Тьма сменилась густыми сумерками, напоенными сладкими ароматами фруктов. Издалека доносилась ритмичная музыка.

— Идемте, здесь кажется ночной клуб. — Я повернулся к выходу и обомлел. Его не было.

На месте выхода находилась ровная стена горной породы. Для верности я поводил руками, в надежде найти рычаг или кнопку, открывающую проход.

— Ляля, Антош, вы меня слышите? — Выкрикнул я.

С той стороны не донеслось ни звука. Вот я и совершил смелый поступок, глупый и неосмотрительный. Угодил во вторую ловушку за последние несколько минут. Тот, кто расставил их, наверняка потирал руки, наблюдая за тем, как бестолковые «животные» с легкостью попадают в них. Мои попытки выбраться из этого места при помощи воображения ожидаемо ничего не дали. Оставалось только подчиниться чужому плану.

— Уж не на скотобойню ли меня ведут? — Спросил я вполголоса. — Не стал ли я деликатесом помимо своей воли для этих призраков? Мои мысли принадлежат только мне и никому больше. — Шептал я, осторожно ступая вперед.