— Грустно, что наше приключение подходит к концу. — Печально произнесла Ляля. — У меня такое ощущение, что мы выросли из детских штанишек, и теперь у нас впереди скучная взрослая жизнь, в которой мы должны выбирать ответственность, работу и прочую нудятину вместо беззаботных приключений.
— Очень надеюсь, что вы не станете выбирать это. Над вами никто не стоит и не говорит, как хорошо делать, а как плохо. Будьте свободными. — Змей осушил рюмку, зажмурился, поставил ее на место и исчез.
Глава 13
— Оба-на! — Петр, вернувшийся из туалета, застал момент исчезновения змея. — Вечерника заканчивается?
Мы с Лялей сидели, как пришибленные, не веря своим глазам. Наш друг, с которым можно было прожить рука об руку всю жизнь, ушел не прощаясь, а вместе с ним ушло и общее чувство команды. Даже под алкогольной эйфорией мне стало тягостно на душе.
— Вот ведь, самый трусливый из нас оказался самым смелым. — Тяжелый вздох непроизвольно вырвался из моей груди.
— А я сразу заметил, что он социофоб. — Петр присел за стол и потянулся за выпивкой. — Таким в одиночестве проще.
— Сам ты — социофоб. — Ляле не понравилась критика врача в адрес друга. — Нам вместе всегда было хорошо, а по раздельности плохо. Антош не тяготился нами, так что желание уединения не может быть основной причиной. Что у него было не отнять, так это умения размышлять.
— Вот и результат, доразмышлялся. — Петр, не предлагая никому в одиночку «хлопнул» рюмку, сморщился и полез за закуской. — Это штрафная.
— А мне показалось, — задумчиво произнес Алекс, — что у него самого на душе было плохо. Хоть я не ветеринар и в лицах пресмыкающихся ничего не понимаю, но глаза его однозначно грустили. Может быть, не все так, как он вам рассказывает?
— А с чего у него глаза будут радостными. Поди, ему тоже не сладко было бросать вас. Это как в армию, неохота, но надо. — Борис покрутил усы. — Долг.
— А что если… — Алекс не договорил, испуганно выставившись на окно, — а что это?
Я перевел взгляд туда, куда смотрел молодой врач. В окне с видами на мир Ляли творилось что-то неладное. Лес стекал вниз, как краска по стене. В окне с видами на парк творилось то же самое. Гроза не закончилась, она стекала серо-синей массой, изредка озаряясь вспышками растекающихся молний. Да и сами оконные проемы будто начали проседать.
— Я пьян или это происходит на самом деле? — Борис подошел к окну, оперся об откос и сразу же отдернул руку.
На его пальцах повисла белая «сопля» из материала образующего стену.
— Аномалия разрушается! — Догадался я. — Надо валить!
Мы кинулись в гараж, застряв кучкой в размягчающемся на глазах дверном проеме. Экипаж «скорой» был напуган намного сильнее нас с Лялей. Алкоголь мгновенно выветрился из их глаз, оставив в них только неконтролируемый страх. Борис прыгнул за руль и зашарил по карманам в поисках ключа. Машина уходила колесами в пол.