— А ты, как я полагаю, сразу начал загибаться?

— Поверь, но так оно и есть. С каждым днем у меня остается все меньше сил. Еще неделя и я упаду и мне будет все равно, вернусь я домой или нет.

— Ясно. Кому, как не врачу сходить с ума от поставленных самому себе диагнозов. Вам нужен отдых от нас, а нам, от вас. Так что, следующим миром я выбираю тот, на котором мы сможем оставить вас втроем для того, чтобы вы набрались сил. Что-нибудь райское, с голубой водой, пальмами, коктейлями и оздоравливающими процедурами.

— Жорж, а если их там настигнет отторжение мира. Они в таком состоянии, что ни одна среда не примет их, как родных. — Предположила Ляля.

— Да, такое возможно. Тогда, в качестве подготовки к отдыху мы посетим мир, который нам выберет сам Петр.

— Зачем? — Удивился Антош.

— Я не умею эти ваши штучки. — Почему-то испугался Петр, словно знал, что хранит его подсознание.

— У меня есть предположение, что твоему сознанию требуется наглядная визуальная демонстрация. Мы с Антошем освободим свое сознание, а думать будешь ты. Заодно проверим, работает ли такой способ.

— О чем мне думать? — Поинтересовался Петр.

— Неважно. Воображение найдет за что зацепиться.

— Жорж, это не опасно? — Заволновалась Ляля.

— Хотелось бы, чтобы это было опасно. Пусть его растрясет немного. У меня в печенках сидит этот унылый тип.

— Я не унылый, я уставший.

— Хорошо бы, если бы ты устал унывать. Что, посмотрим, куда нас забросит воображение Петра? Готов, Антош?

— Я не знаю, к чему готовиться. Главное, чтобы там не холодно было.

— А аду холодно не бывает.

— Это в вашем аду, а в нашем абсолютный ноль.

— Ладно, пусть Петр переживает, за то, что творится у него в голове.

— Я не хочу этого.

— Чего?

— Подвергать вас опасности.

— Петр, ты обвинил меня в том, что я питаюсь твоей энергией, то есть, ты решил, что можно нанести человеку оскорбительное предположение, но в то же время, ты против того, чтобы выяснить по какой причине ты ее теряешь на самом деле.

— И по какой же?

— А вот мы и посмотрим, когда вывернем твое подсознание наизнанку.

— Я не хочу.

— А я хочу, чтобы меня не считали энергетическим вампиром, или суккубом, или еще какой-нибудь дрянью, и друзей моих. Поздно, отправляемся в мир, который соответствует твоему внутреннему состоянию.

Я закрыл глаза. На висках пульсировали вены, а руки непроизвольно сжимались в кулаки. Давно меня не приводили в такое состояние оскорблениями. Антош по привычке ухватил нас с Лялей, хотя нужды в этом не было, потому что мы передвигались на машине. Понадобилось серьезно напрячься, чтобы успокоиться. Слова, произнесенные Петром, так и всплывали у меня в голове. Надо же, назвать меня энергетическим вампиром.