Тяжелая мысль. Неприятная. Тиана повторяла для себя аргументы, высказанные Ирсом. Он, конечно же, всё правильно сказал. Киннары очень плохо относятся к гражданам низкой социальной полезности. А кто решил, что у солдат низкая социальная полезность? Да и у флота тоже не сильно выше. Она помнила, с каким жалостливым презрением относились к ней незнакомцы, когда выясняли, кто она. Ещё тогда, в бытность свободным разведчиком. «Бедная девочка, как жестоко поступила с ней судьба! Как жаль, что она оказалась неспособна на что-то более полезное и нужное!» — это она однажды случайно подслушала рассуждения воспитательницы, после того, как комиссия определила её будущую профессию. Если бы она сама не мечтала летать среди звёзд, наверное, очень расстроилась бы, услышав такие рассуждения, а так, просто плечами пожала. Но ведь ничуть не сомневалась в том, что о ней сказали. Не способны на большее. О них так думают обо всех.

«Так зачем вам солдаты, если они не нужны? Неужели это правда, такой отбор? Просто исключить из общества тех, кто недостаточно покладист? В таком случае я могу предложить гораздо лучшую альтернативу!»

Пришло время уходить в гипер. Тиана включила оповещение по кораблю, потом осуществила переход. Следующие восемнадцать часов делать совсем нечего.

— Скажите, адмирал, по каким признакам у вас выбирают тех, кто будет служить в армии? И на флоте?

— По признаку соответствия, — пленник изобразил пожатие плечами. — Если индивид инициативен, умеет правильно реагировать на опасность, ему рекомендуют службу в армии. Опасность компенсируется повышенными денежными выплатами. Деньги — это…

— Спасибо, адмирал, я знаю, что такое деньги, — вздохнула Тиана. Неизвестно, правду ли говорит этот адмирал, но если им только рекомендуют, но не решают за них, то даже у технофанатиков отношение к солдатам лучше.

Следующие несколько дней прошли бестолково и тоскливо. Тиана дожидалась, когда корабль выйдет из гиперпространства, уходила на новый курс, и снова уходила в гипер. Занять себя в остальное время было нечем, оставалось только участвовать в разговорах с другими десантниками. Страсти постепенно улеглись. Большинство солдат по-прежнему оставались растеряны и не знали, что делать, часть, как Далил и, кстати, Дин, твёрдо определилась со своими дальнейшими планами и объявили, что уходят с подругой, а другие по-прежнему были недовольны таким решением. Тиане было по большому счёту всё равно. Она была рада, что есть единомышленники, но слишком мало времени провела с ними, чтобы считать их своими друзьями. Кроме, пожалуй, Ирса. Сложно оказалось общаться по душам с людьми, чьи естественные реакции подавлены симбионтом.