— Может, я с тобой пойду? — неуверенно предложила девушка. — Очень не хочется разделяться.

— Слушай, да я практически уверен, что всё важное внизу, в корнях, — покачал головой напарник. — Я прошвырнусь быстренько наверх, пока оно не закрылось, и назад. Связь-то оно не блокирует, и Кусто меня видит. Если что — спасёт.

— Точно, спасу, — тут же ответил тихоход. — Я все ваши метки вижу чётко.

— Всё, двигаем, раз решили, — подал голос Ирс. — Не теряйте время, а то и с этой стороны ликс не пройдёт.

Тиана ещё раз бросила взгляд на спину Германа, который шустро удалялся наверх, лихо срубая редкие в коридорах лианы, и поспешила занять своё место перед Гаврюшей.

Спуск шёл по спирали. Некоторое время ничего не происходило, ей даже почти не нужно было работать косой и грави-перчаткой. Гаврюша сам справлялся, даже с мелкими отростками — ему понравился вкус, и он с удовольствием на них пасся, отрывая и пожирая их как длинные макаронины. Приходилось торопиться — коридор становился всё уже. Тиане не хотелось думать, что они станут делать, если они не успеют добраться до каких-нибудь помещений до того, как он сожмётся или зарастёт окончательно.

Судя по схеме, они были уже глубоко под землёй, а это значит, что Кусто до них быстро не доберётся, в случае чего. Спустя где-то километр бега они добрались до развилки. Вывалились в круглый зал, из которого выходила дюжина коридоров. Вот там их встретили по-настоящему горячо. Помимо обычных, но очень многочисленных лиан, были ещё ямы с кислотой и очень острыми шипами, открывавшиеся в самый неожиданный момент, с потолка периодически выстреливали колья, да с такой силой, что на метр уходили в дерево пола. Появились первые раненые и пострадавшие. Тиана сама провалилась в яму с кислотой — Гаврюша едва успел её выдернуть прежде, чем стенки сомкнулись.

Она не успевала следить за товарищами, да и вообще ни за чем следить не успевала, только металась из стороны в сторону, уклоняясь от выстреливающих тут и там острейших щипов, отскакивала, чувствуя характерную дрожь пола, и полосовала косой всё, что видела, кроме своих. Вокруг взрывались снаряды споромётов, в наушниках гремела какофония криков и стонов. Несмотря на мощь ловушек, убить никого из десантников они не смогли — слишком сильно улучшились за тысячи лет защитные материалы, но переломов было множество. Дин, вот ведь невезучий парень, ухитрился свернуть шею, и теперь жизнь в нём поддерживала только автоматика скафандра. Беспорядочная стрельба и метания, тем не менее, принесли свой результат. Большая часть ловушек оказалась обезврежена — скорее случайно, чем намеренно. Гаврюша, зависнув в центре зала, недовольно вздрагивал каждый раз, когда в незащищённые технофанатской бронёй места попадали колья, но при этом методично ломал когтем те точки, откуда они вылетали.