«Это не наше дело, Гаврюша! — подумал Лежнев. — Так и быть, в следующей системе сообщим, что им нужна помощь. Хотя смысл? Они уже давно отправили сигнал, и сюда совсем скоро прилетит куча спасателей!» — Герман уговаривал и Гаврюшу, и себя самого, но при этом продолжал изо всех сил тормозить. «Ай, да кого я уговариваю. Ясно же, что так не поступлю. Хотя это — полный бред! Мы с ними так-то враги! Ладно. Я только узнаю, не помирают ли они там прямо сейчас».

Скорость, с которой он вышел из гиперпространства, как и в прошлый раз была гораздо выше, чем та, с которой входил. Лежнев в этот раз не стал так сильно перестраховываться, так что и при выходе не изображал себя снаряд со скоростью, близкой к световой, но тормозить всё равно пришлось с перегрузками. Наконец, скорости уравнялись, и Гаврюша повис в сотне километров от корабля. Размеры гибнущего бедолаги внушали уважение — до настоящих линкоров далеко, но вот трёхкилометрового Кусто эта штука превышала. В лучшие времена, пока ему что-то не разбило нос, сейчас-то как раз примерно одинаково было.

Герман рассматривал посудину. Теперь, когда кости в зажатом в глубине тихохода теле не ныли от перегрузок, можно было обратить внимание на странности. Например, было непонятно, почему сигналы бедствия корабль подаёт только в пределах системы. Лежнев уже научился будучи в слиянии распознавать, когда киннары пытаются связаться по какой-то там межзвёздной связи. Квантовой, кажется — он как-то попытался разобраться в физике этого процесса, но быстро перестал. Слишком сложно — это была такая физика, что уже совсем математика. Может, и можно как-то разобраться, но явно не хватает базы. Так вот, несмотря на то, что принципа связи на дальние расстояния ни Герман, ни, тем более, Гаврюша не знали, увидеть её у ликса получалось без труда. А после некоторой тренировки и у Лежнева тоже. Он прекрасно видел, что с тех пор, как он вышел из гипера, никто так ни разу и не пытался отправить сигнал о помощи за её пределы. И это навевало плохие мысли.

— Вот какого хрена я это делаю⁈ — спросил себя Герман, в очередной раз выйдя из слияния. У меня там Тиана неизвестно где, Кусто неизвестно, как себя чувствует, а я тут каких-то инфантильных идиотов спасать собираюсь! Дерьмище, вот что я тебе скажу, Гаврюша!

— Угу, — сочувственно ответил тихоход.

— Ладно, давай, выпускай меня, — вздохнул Лежнев. — Но если там никто не помирает вот прям щас, просто развернусь и свалю отсюда к чертям!

Герман, наверное, ещё долго бы разорялся — Гаврюша пока не торопясь подплывал к пробоине, так что делать всё равно было нечего. Но тут поступил запрос на соединение от неизвестного абонента. Герман принял вызов.