Из салона неспеша вышли два совершенно типичных, словно сошедших с карикатур, братка. Широкие штаны, туфли с длинными острыми носами, короткие кожаные куртки и коротко стриженные, почти бритые затылки. На массивных шеях тускло поблескивали в желтом свете единственного уличного фонаря толстые золотые цепи.

— Здаров, мужики! — крепко пожал мне руку первый. Тот, что был явно помоложе. На вид ему было от силы лет двадцать, но при этом шея у него была раскачана так, словно принадлежала племенному быку.

Второй оказался намного старше, на вид около сорока. Он не был таким спортивным и накачанным, скорее просто крупным, круглым и слегка заплывшим жирком.

— Добрый вечерочек, пацаны, — он по-свойски, с показным радушием приобнял сначала меня, а потом и Степана. — Говорят, вы тут тачилу продаете?

— Продаем, — уверенно ответил за меня Степан, причем таким тоном, будто эта «Чайка» была его безраздельной собственностью.

— Ну так мы глянем? — басом поинтересовался молодой «бык».

Я молча подошел к воротам гаража и широко распахнул створку:

— Проходите. Смотрите на здоровье.

Когда они зашли внутрь, я вдруг заметил, что в салоне тонированного «Чероки» на заднем сиденье остался еще один силуэт. Странная ерунда: приехали смотреть машину вместе, а один почему-то остался сидеть в джипе.

Заметил эту фигуру в джипе и Степан. Я вопросительно выгнул бровь. Степан лишь одними губами беззвучно произнес:

— Спокойно. Рудик гарантировал.

Но одно дело — чьи-то там устные гарантии, и совсем другое — когда какой-то мутный тип остается сидеть у тебя прямо в «тылу». Я глубоко вдохнул морозный воздух, усилием воли заставляя себя расслабиться.

В гараже покупатели уже начали осмотр.

— Ну, ничего так лайба, — прогудел молодой. — Че просишь?

Цену Степан Рудику уже обозначил. Но такова была обязательная церемония уличной торговли — цифру нужно было озвучить лично.

— Четырнадцать прошу, — ответил я.

— Четырнадцать? — картинно скривился «бык». — Чет дороговато.

Браток постарше тут же поддержал напарника:

— Ну да, ну да. Свет сделаешь нормальный?

— Это всё, что есть, — я показал на одинокую желтую лампочку под потолком. — Но могу еще переноску дать.

— Давай.

Я размотал шнур, подключил переносную лампу в защитной металлической сетке и протянул ее молодому.

И тут началось настоящее представление. Они принялись методично нарезать круги вокруг машины, словно эксперты-криминалисты. Молодой светил переноской, чуть ли не носом водя по металлу и пытаясь найти хоть какие-то вмятинки-царапинки. Старший тем временем с головой залез под монументальный капот массивного ГАЗ-14, что-то там высматривая. Они театрально цокали языками, громко рассуждая про чудовищный расход бензина этого восьмицилиндрового монстра, придирались к малейшим потертостям на обилии хрома, стучали по колесам и тыкали пальцами в подтеки масла.