Тот отчаянно зажмурился и истошно заорал: — Стой! Не надо!

— Остановись! — рявкнул Степан.

— Почему? — прохрипел я. — Они бы нас…

— Мы купим машину! Купим! За четырнадцать! — заверещал браток, инстинктивно вжимая голову в плечи.

— А давай за пятнадцать? — резонно предложил Степан. — Надо же как-то компенсировать наши… моральные неудобства!

— Пятнадцать! Хорошо, забираем за пятнадцать!

Степан вопросительно посмотрел на меня: — Ну? Что скажешь?

Слепой гнев внутри прямо-таки орал: «Бей!». Но… далеко ли этот гнев меня заведет? Да и я понятия не имел, как в этих реалиях прятать трупы.

— Годится, — выдохнул я и медленно опустил кирпич.

Степан тоже немного опустил свое оружие, но убирать его обратно за пояс явно не торопился.

— Встал! — жестко скомандовал он. — Пошел к машине!

Мы подошли к «Чероки» и распахнули заднюю дверь. Нотариус сидел, вцепившись пальцами в свой портфель, с глазами размером с чайные блюдца.

— Не бойтесь, — миролюбиво произнес я. — К вам мы никаких претензий не имеем. Но надо бы расписочку переделать. Впишите не двенадцать, а пятнадцать тысяч. Долларов, но по курсу в рублях.

Нотариус судорожно закивал и дрожащими руками вытащил из папки новый бланк.

— Зачем время тратить? — нахмурился Степан. — Забрали бабки и до свидания.

— А завтра к тебе мусора приедут, и что ты им скажешь? Что бабки под стволом возле гаража выбил? — ответил я и тут же повернулся к дедку: — Вы пишите-пишите, не отвлекайтесь. Две копии, пожалуйста. Все должно быть так, чтобы комар носа не подточил!

— Все будет в лучшем виде! — пропищал нотариус, торопливо заполняя бумаги и испуганно косясь на старшего братка.

— Давай, отсчитывай, — кивнул Степан покупателю. — Слюнявь капусту.

Браток послушно полез в свою барсетку, достал пачку долларов и принялся отсчитывать купюры. Его подельник тем временем так и лежал в снегу, не шевелясь.

— Ты его не убил? — спросил я у Степана, кивнув на распластанного молодого быка.

— Да даже если и убил, не велика потеря, — совершенно безразлично отозвался тот. — Цепь на ноги намотаем и в реку. Делов-то.

— Ну вот, сбился, — вздрогнул старший браток, у которого от таких живописных перспектив затряслись руки. — Придется заново считать.

— Считай-считай, — усмехнулся Степан. — Я потом за тобой всё равно перепроверю.

Я тоже всё тщательно перепроверил, но уже за нотариусом. Внимательно перечитав написанные от руки документы, я с удовлетворением поставил под ними свою подпись. Затем заставил расписаться во второй копии «счастливых» обладателей «Чайки».

Тем временем молодого бычка наконец-то привели в чувство, хорошенько потерев его рожу снегом. Он замычал, замотал головой и попытался было снова вскочить на ноги, но старший тут же схватил его за воротник кожанки и с силой осадил обратно на корточки.