Теперь я тушка, раздавленная монстрами?.. Отбивная или бифштекс?

Стойте-ка, подождите... Грудной женский голос утверждает, что я жив. И мне жуть как хочется взглянуть на красавицу с ласковыми руками.

Смущает одно - обращаются ко мне не по позывному «Шрек», а называют боярином Трубецким.

На дворе 1600 год. Мне восемнадцать. Мы в Москве. Только выглядит она чудно, как заграница, и правят здесь не те, о ком я помнил из уроков истории.

А еще здесь есть магия. Она повсюду. Кажется, ею владеют даже простолюдины. Радоваться жить в магическом мире рано.

Кто-то пытается стереть имя героя из учебников истории.

Получается, я в теле того, кто станет изгоем? Того, чье имя сотрут? Посчитают предателем, решившим занять трон Романова?

Не радует. Ни за что. Не позволю.