Мирелла Морвейн потеряла мужа, титул и дом за один день. Семь дней Северин знал о расторжении брака, а она узнала об этом в зале Совета, стоя рядом с ним в парадном платье. Он подал прошение, получил медицинское заключение о её бесплодии и заключил предварительное соглашение с новой невестой, не сказав Мирелле ни слова. Когда печать коснулась документа, брачная метка на её запястье исчезла, оставив холодную полоску кожи. Мирелла отказалась от его денег, экипажа, охраны и дома на Речной набережной. У неё не осталось ни дохода, ни действующей лицензии, ни сильной магии, которую годы лечения превратили в слабый отблеск.

Она была ведьмой-аптекарем с высшим отличием Гильдии, но восемь лет брака отучили её от практики. Аврелия, мать Северина, считала, что место герцогини — рядом с мужем, а не за прилавком. Мирелла соглашалась, привыкала, постепенно забывала порядок утренней проверки помещения. Теперь ей предстояло вспоминать: в наследство от тёти Беатрисы досталась аптека на Драконьей улице с долгами, заколоченными окнами и опечатанной лабораторией, где тётя погибла при странных обстоятельствах. Мирелла не знала, сможет ли восстановить защитный контур, сдать экзамен через тридцать дней, справиться с долгом в сто восемьдесят четыре короны. Она знала только, что каждое решение, которое Северин принимал за неё, отнимало что-то важнее магии....