Марина потеряла главное преимущество — невидимость. Тот, кого она ударила первой, вышел на связь. Артем Дорохов не угрожал и не требовал — он назвал её по имени и процитировал содеянное дословно. Это изменило всё. До этого момента она считала себя автором чужого краха, невидимой архитектором чужого провала. Теперь она стала адресатом. В её кабинете крутился заточенный карандаш, а в голове — одна мысль: где ошиблась, и хватит ли ей того, что она называла доказательной безопасностью.

Марина привыкла выигрывать не красотой, а точностью. Она строила цепочки, которые ведут в пустоту: исполнитель не знает заказчика, заказчик не касается работы исполнителя, между ними — только деньги и чужие руки. Сама она сидела в офисе среди звонков и печатающих коллег, и это обычное пространство — кофе, кошка Алиса, вечерние разговоры с Гера — казалось ей достаточным укрытием. Но укрытие работает только пока никто не стучит в дверь. Дорохов постучал. И она поняла, что умеет атаковать лучше, чем защищаться: её проекты «Медиа72» и «Вместе» стоят открытыми, а враг — айтишник, который умеет тот же язык....