Тоня решила отнести мамин жемчужный гарнитур в ломбард. Она уложила украшения в коробочку, скрепя сердце, и в этот миг в комнату влетела шаровая молния. Девушка замерла, помня школьный урок: нельзя шевелиться. Разряды, словно щупальца, ощупывали воздух, а часы пробили семь — и молния рванула прямо на неё. Последняя мысль была о швейной машинке, жалко оставлять. Потом — вспышка, грохот, пустота.

Тоня пришла в себя на чём-то мягком и пахнущем травой. Открыв глаза, она увидела не залитое дождём окно своей квартиры, а лазурное небо, колосящееся поле и вдали — крышу дома. Ещё она обнаружила, что волосы стали каштановыми и почти до пояса, а фигура приобрела соблазнительные формы, о которых раньше только мечтала. Чужое платье, чужие ботинки, чужая деревня — и чужая память, которая подсказывала, что женщина в белом чепце зовется Сарой и ждёт пелёнок для внука. Тоня не стала истерить. Она взяла корзину с заказом, отдала его, а вечером, уже в чужом доме, нашла в тумбочке записи о других заказах и рулоны ткани. Шить она умела. Значит, жить тоже сумеет....